Оценка информативности и достоверности индекса здорового питания для характеристики структуры питания и пищевого поведения

Резюме

Для интегральной оценки рациона питания были предложены инструменты, называемые индексами качества питания и, как отдельные варианты, индексы здорового питания (ИЗП), оценивающие рационы питания относительно соответствия существующим национальным рекомендациям по здоровому питанию для населения.

Цель - исследование пригодности и достоверности разработанного ранее ИЗП для оценки характера питания, модификаций пищевого рациона и пищевого поведения населения.

Методы. Для анализа пригодности и достоверности ИЗП для оценки характера питания и пищевого поведения населения использованы данные о фактическом питании и пищевом поведении взрослых старше 19 лет обоего пола, полученные Росстатом в 2013 и 2018 гг. Наряду с использованием метода 24-часового воспроизведения питания для исследования фактического потребления пищи вопросники содержали форму оценки частоты потребления основных групп пищевых продуктов по стандартному формату: ежедневно или несколько раз в неделю, 1 раз в неделю, несколько раз в месяц, 1 раз в месяц или реже, практически не потребляют.

Результаты. Средние величины ИЗП у женщин во всех группах по уровню потребления продуктов значительно выше, чем у мужчин (р<0,01). Изменения средних величин ИЗП в зависимости от уровня потребления различных продуктов носят разнонаправленный характер. При потреблении таких продуктов, как зерновые, овощи и фрукты, в количествах более медианы ИЗП существенно выше, чем при потреблении менее медианного уровня. Напротив, при потреблении более медианы мясных продуктов, жировых продуктов и кондитерских изделий, а также у потреблявших колбасные изделия ИЗП как у женщин, так и мужчин значительно ниже, чем у потреблявших менее медианы или не потреблявших указанные продукты. Средние величины ИЗП у мужчин и женщин, потреблявших творог, кефир, йогурт, а также сумму молочных продуктов в пересчете на молоко, значительно выше, чем у не потреблявших указанные продукты. Установлены значительно более высокие величины ИЗП у вегетарианцев по сравнению с невегетарианцами. Средние величины ИЗП взрослых обоего пола в осенний период года значительно выше, чем весной, что подтверждается достоверно более высоким потреблением осенью овощей и фруктов, являющихся компонентами - индикаторами интегрального ИЗП. Показана зависимость величин ИЗП от частоты потребления основных групп пищевых продуктов, являющихся его компонентами или влияющими на потребление компонентов. Чем больше частота потребления мясных изделий, масла сливочного, салатных заправок, шоколада и сладостей, сладких газированных напитков, тем ниже ИЗП. С другой стороны, при более частом потреблении овощей, фруктов, молока и кисломолочных продуктов, творога и творожных изделий средние величины ИЗП значительно выше, чем при низкой частоте или отсутствии потребления данных продуктов.

Заключение. Изменение величины ИЗП при различной величине, а также частоте потребления пищевых продуктов свидетельствует о возможности использования ИЗП как маркера оценки и мониторинга характера питания и пищевого поведения различных групп населения с целью исследования взаимосвязи питания, состояния здоровья и заболеваемости хроническими неинфекционными заболеваниями.

Ключевые слова:индекс здорового питания, информативность и пригодность, фактическое питание, пищевое поведение, вегетарианство, сезонность питания

Финансирование. Научно-исследовательская работа по подготовке рукописи проведена за счет средств госбюджета на выполнение государственного задания по НИР № 0529-2019-0055.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Для цитирования: Мартинчик А.Н., Михайлов Н.А., Кешабянц Э.Э., Кудрявцева К.В. Оценка информативности и достоверности индекса здорового питания для характеристики структуры питания и пищевого поведения // Вопросы питания. 2021. Т. 90, № 5. С. 77-86. DOI: https://doi.org/10.33029/0042-8833-2021-90-5-77-86

Традиционное представление результатов исследования фактического питания в форме отдельных показателей фактического потребления энергии, пищевых веществ и пищевых продуктов, состоящих минимум из десятков показателей только по нутриентам, а при анализе структуры продуктового набора число параметров может достигать сотни, затрудняет интегральную оценку рациона питания. Потребление пищевых продуктов характеризуется гораздо большей гетерогенностью, чем потребление пищевых веществ, особенно в глобальном масштабе в связи с ростом благосостояния населения и глобализацией продовольственного обмена, что также является фактором, усложняющим оценку качества и адекватности питания по индивидуальным показателям пищевой ценности или продуктовой структуры рациона.

Для интегральной оценки рациона питания были предложены инструменты, называемые индексами качества питания и, как отдельные варианты, индексы здорового питания (ИЗП). ИЗП впервые были разработаны в США [1], затем они появились в разных странах: Австралии [2, 3], Франции, Китае и др. [4, 5]. Большинство индексов оценивают потребление пищевых веществ и продуктовой структуры рационов питания в сравнении с существующими национальными рекомендациями по здоровому питанию для населения, т.е. являются ИЗП.

Наиболее распространенный подход, используемый для оценки пригодности и обоснованности индекса качества питания, заключается в валидации конструкции балльной системы индексов, при которой определяется ассоциация между компонентами индекса и его интегральной величиной. Другим видом оценки пригодности и информативности индекса является оценка изменений индекса в зависимости от демографических, социально-экономических, медицинских и поведенческих переменных, включая изменения рациона питания.

Цель - исследование информативности и достоверности разработанного ИЗП для оценки характера питания, модификаций пищевого рациона и пищевого поведения населения.

Материал и методы

Разработка ИЗП была основана на использовании банка данных Выборочного обследования рациона питания, проведенного Росстатом среди взрослых членов 45 тыс. домохозяйств во всех субъектах РФ в апреле и сентябре 2013 г. [7, 8]. Описание методологии исследования фактического потребления пищи методом 24-часового воспроизведения питания и разработки ИЗП на основе данных, полученных этим методом, приведено в предыдущей публикации [9]. Наряду с использованием метода 24-часового воспроизведения питания для оценки фактического потребления пищи, вопросники содержали форму для оценки частоты потребления основных групп пищевых продуктов по стандартному для всех групп формату: ежедневно или несколько раз в неделю, 1 раз в неделю, несколько раз в месяц, 1 раз в месяц или реже, практически не потребляют. Применение 2 методов оценки характера питания и пищевого поведения у всех взрослых респондентов старше 19 лет позволило провести сравнительный анализ величин ИЗП, полученных на основе данных 24-часового воспроизведения питания, в группах респондентов с разным количеством потребления продуктов и при различной частоте потребления групп продуктов.

Данные обработаны с использованием параметрических методов дисперсионного анализа в программе IBM SPSS Statistics v.20 (IBM, США). Статистическую значимость оценивали с использованием критерия Стьюдента (при р<0,05).

Результаты

Деление групп взрослого населения в зависимости от количества потребляемых продуктов проводили двумя способами в зависимости от доли респондентов, потреблявших данную группу продуктов. В случаях медианы потребления продуктов больше нуля, выделяли группы, потреблявшие больше и меньше медианы. Если медиана потребления была равна нулю, выделяли группу респондентов, потреблявших продукт (>0 г/сут), и группу не потреблявших данную группу продуктов, за исключением молочных продуктов, уровень потребления которых делили на группы потреблявших и не потреблявших.

В табл. 1 представлены средние величины ИЗП в зависимости от уровня потребления различных групп продуктов взрослыми обоего пола. Средние величины ИЗП у женщин во всех группах по уровню потребления продуктов значительно выше, чем у мужчин (р<0,01). Изменения средних величин ИЗП в зависимости от уровня потребления продуктов носят разнонаправленный характер. При потреблении таких продуктов, как зерновые, овощи и фрукты, в количествах более медианы ИЗП существенно выше, чем при потреблении менее медианы. Напротив, в группах лиц, потреблявших больше медианы мясных продуктов, жировых продуктов и кондитерских изделий, а также у потреблявших колбасные изделия ИЗП как у женщин, так и у мужчин значительно ниже, чем у потреблявших менее медианы или не потреблявших указанные продукты. Уровень потребления рыбы и морепродуктов не оказывал влияния на средние величины ИЗП у лиц обоего пола.

Таблица 1. Индекс здорового питания у взрослых при различном потреблении групп продуктов

Table 1. Healthy eating index in adults with different consumption of food groups

Зависимость ИЗП от уровня потребления молочных продуктов представлена в табл. 2. Среди молочных продуктов, потребление которых не влияло на величины ИЗП, отмечены питьевое молоко и сыры. Средние величины ИЗП у мужчин и женщин, потреблявших творог, кефир, йогурт, а также сумму всех молочных продуктов в пересчете на молоко, значительно выше, чем у не потреблявших указанные продукты.

Таблица 2. Индекс здорового питания у взрослых при различном уровне потребления молочных продуктов

Table 2. Healthy diet index in adults at different levels of dairy consumption

Детальный анализ вклада компонентов-индикаторов в общую величину ИЗП при различном уровне потребления мясных продуктов представлен в табл. 3. Естественно, что вклад баллов за счет мясных продуктов выше при их потреблении больше медианы, так как баллы мясных продуктов начисляются прямым счетом - чем выше потребление, тем выше балл. Однако средние величины ИЗП значительно выше у потреблявших мясные продукты менее медианного уровня за счет увеличения баллов холестерина, общего жира, насыщенных жирных кислот и соли, что означает снижение уровня потребления этих критически значимых факторов риска хронических неинфекционных заболеваний (ХНИЗ), так как баллы этих компонентов начисляются методом обратного счета - чем меньше потребляется, тем выше балл. При низком уровне (менее медианы) потребления мясных продуктов наблюдается увеличение вклада в общую величину ИЗП баллов за счет зерновых и молочных продуктов, но не изменяются баллы за счет потребления овощей и фруктов.

Таблица 3. Индекс здорового питания и составляющие его компоненты (в баллах) при различном потреблении мясных продуктов

Table 3. Healthy food index and its constituent components (in points) under different consumption of meat products

НЖК - насыщенные жирные кислоты.

Исследование пищевого поведения респондентов включало выяснение вопроса о приверженности респондентов к вегетарианству. В целом при опросе выявлена малочисленная группа приверженцев к вегетарианству, особенно среди мужчин. Фактический итоговый анализ потребления продуктов показал, что относящие себя к вегетарианцам не потребляли мяса животных и изделий из него, но потребляли рыбу, яйца и молочные продукты. У респондентов вегетарианцев обоего пола значительно более высокие средние величины ИЗП (табл. 4). Параметры суточного рациона питания вегетарианцев значительно отличались от рациона невегетарианцев по всем представленным параметрам, за исключением % добавленного сахара и зерновых продуктов в г/1000 ккал. При этом абсолютные величины потребления макронутриентов и холестерина значительно выше у невегетарианцев, тогда как потребление молочных продуктов, овощей, фруктов на 1000 ккал значительно выше у вегетарианцев.

Таблица 4. Индекс здорового питания и параметры рациона питания взрослых вегетарианцев

Table 4. Healthy eating index and dietary parameters for adult vegetarians

П р и м е ч а н и е. Все параметры рациона, за исключением % добавленного сахара и зерновых продуктов в г/1000 ккал, имеют статистические различия (р<0,01) между вегетарианцами и невегетарианцами мужчинами и женщинами.

N o t e. All dietary parameters, with the exception of % of added sugar energy and cereals in g/1000 kcal, have statistical differences (p<0.01) between vegetarians and non-vegetarians men and women.

Рацион питания исследовали весной (апрель) и ранней осенью (сентябрь) на одной и той же выборке, что позволило сравнить характер питания и ИЗП в двух сезонах года. Как следует из данных, представленных на рисунке, ИЗП при исследовании осенью был значительно выше, чем весной, у лиц обоего пола и во всех возрастных группах взрослых. Параметры рациона питания в разных сезонах различались по ряду показателей (табл. 5), которые обусловили различия ИЗП. Так, в осенний период существенно выше потребление овощей и фруктов, но ниже потребление добавленного сахара и мясных продуктов. Как следствие увеличения потребления овощей и фруктов осенью выросло потребление витамина С, β-каротина (витамина А за счет каротиноида) и пищевых волокон. Таким образом, в увеличении ИЗП в осенний период нашли отражение сезонные особенности питания взрослого населения России.

Индекс здорового питания (ИЗП) взрослого населения разного возраста в зависимости от сезона года

Healthy eating index (HEI) of the adult population of different ages depending on the season of the year

Таблица 5. Индекс здорового питания и параметры рациона питания взрослых по сезонам года

Table 5. Healthy eating index and dietary parameters of adults by seasons

П р и м е ч а н и е. Все параметры рациона, за исключением потребления по массе макронутриентов, добавленного сахара, соли, % жира и % НЖК по калорийности, имеют статистически значимые (р<0,01) различия между сезонами года у мужчин и женщин.

N o t e. All parameters of the diet, with the exception of the mass consumption of macronutrients, added sugar, salt, % energy of fat and saturated fatty acids have statistically significant (p<0.01) differences between the seasons of the year in men and women.

Результаты анализа ИЗП в зависимости от частоты потребления различных групп и подгрупп продуктов представлены в табл. 6. Частота потребления хлеба, круп, макарон, соков и нектаров не влияет на величину ИЗП. Однако величина ИЗП прямо зависит от частоты потребления овощей, фруктов, молока и кисломолочных продуктов, сыров, творожных изделий, рыбы и морепродуктов. С другой стороны, величина ИЗП снижается при высокой частоте потребления мяса животных и птицы, переработанного мяса (мясных изделий вареных и копченых), салатных заправок (майонез, растительное масло), кондитерских изделий и сладких газированных напитков. Таким образом, частота потребления различных продуктов разнонаправленно влияет на величину ИЗП взрослого населения в зависимости от вектора изменений фактического потребления компонентов-индикаторов, составляющих ИЗП.

Таблица 6. Индекс здорового питания в зависимости от указанной респондентами частоты потребления различных групп продуктов

Table 6. Healthy eating index depending on the frequency of consumption of various food groups indicated by the respondents

Обсуждение

ИЗП, включая понятие "качества", отражают не только положительную и поощряемую характеристику питания, но и должны включать совокупность и интегральную характеристику неблагоприятных алиментарных факторов риска ХНИЗ. Наряду с общим качеством рациона питания ИЗП находят применение для мониторинга характера питания и пищевого статуса населения, оценки эффекта (мониторинга) вмешательства в области питания и в эпидемиологии при исследовании связи между характером питания, пищевым поведением и риском различных ХНИЗ [10-14]. По данным [15, 16], ИЗП коррелировал с изменениями потребления макронутриентов населением США, отражая динамику снижения потребления сахара и увеличения потребления цельнозерновых продуктов за 1999-2016 гг. Таким образом, данные литературы свидетельствуют о возможности использования ИЗП для мониторинга и оценки характера питания и пищевого поведения различных групп населения.

Представленные в настоящей работе данные об изменении величин ИЗП в зависимости от модификации пищевого рациона или пищевого поведения следует в первую очередь оценивать с точки зрения конструкции разработанного нами ИЗП [9]. Следует иметь в виду, что ИЗП сконструирован из 2 групп компонентов-индикаторов. Первая группа - компоненты адекватности потребления основных групп пищевых продуктов рациона питания: мясные, молочные, зерновые, овощи, фрукты. Чем выше величины потребления этих продуктов, тем выше ИЗП. Другая группа компонентов-индикаторов ИЗП - критически значимые факторы риска ХНИЗ, потребление которых рекомендуется ограничивать, - компоненты ограничения потребления. Чем выше потребление общего жира, насыщенных жирных кислот, холестерина, добавленного сахара и добавленной соли, тем ниже ИЗП. Становится объяснимым повышение ИЗП при более высоком потреблении овощей, фруктов, зерновых и молочных продуктов у вегетарианцев, а также в осенний период года. Эти факты подтверждаются данными литературы, в которых показана положительная связь величины ИЗП с потреблением фруктов, овощей и бобовых [17]. Показано также, что рационы питания с высоким индексом качества питания характеризуются более высоким потреблением растительных продуктов, включая цельнозерновые продукты, низким потреблением красного и переработанного мяса, добавленной соли, сладких напитков, алкоголя и трансжиров [18].

Особо следует оценить влияние потребления мясных продуктов и, в частности, колбасных изделий на ИЗП. Мясные продукты, в том числе колбасные изделия, в рационе взрослых влекут за собой увеличение потребления общего жира, насыщенных жирных кислот, поваренной соли и холестерина, что отражается на величине (снижении) баллов, насчитываемых за счет этих компонентов (см. табл. 3). Аналогичным образом объясняется снижение ИЗП рациона при потреблении колбасных изделий по сравнению с отсутствием их в рационе. В связи с этим колбасные изделия были исключены из состава мясных продуктов при конструировании ИЗП, так как этот факт компрометирует адекватное потребление мясных продуктов как поощряемый компонентиндикатор ИЗП.

Значительное снижение ИЗП выявлено в группе респондентов, потреблявших больше медианного уровня жировые и кондитерские сахаристые изделия, что объясняется более высокими величинами потребления (в % общей энергии рациона) жира или добавленного сахара и меньшими баллами этих компонентов в ИЗП в соответствующих группах взрослых.

В этом же аспекте следует оценивать более высокие величины ИЗП у лиц обоего пола, выявляемые в осенний период обследования, по сравнению с весенним периодом (см. рисунок). Данные, представленные в табл. 5, характеризуют особенности среднесуточного рациона питания взрослых по сезонам года. Установлена статистически значимая разница в потреблении овощей и фруктов, и, как следствие, увеличение потребления β-каротина, пищевых волокон и витамина С ранней осенью по сравнению с весной. Основную роль в увеличении ИЗП осенью играет более высокое потребление овощей и фруктов как компонентов-индикаторов индекса.

Исследование частоты потребления групп продуктов у тех же респондентов, для которых проанализированы величины ИЗП, позволило показать зависимость ИЗП от характера пищевого поведения взрослого населения (см. табл. 6). Так, чем больше частота потребления мясных изделий, масла сливочного, салатных заправок, шоколада и сладостей, сладких газированных напитков, тем ниже ИЗП. С другой стороны, при более частом потреблении овощей, фруктов, молока и кисломолочных продуктов, творога и творожных изделий средние величины ИЗП значительно выше, чем при низкой частоте или отсутствии потребления данных продуктов.

Полученная статистически обоснованная зависимость ИЗП от частоты потребления групп продуктов предполагает возможность разработки вариантов ИЗП, основанных на анализе частоты потребления продуктов, как это реализовано в США и других странах [3, 19, 20]. Анализ частоты потребления пищи как метод оценки фактического питания и пищевого поведения существенно облегчает проведение исследования, а также позволяет оценить обычное привычное питание за определенный промежуток времени. Разработка конструкции и оценка достоверности ИЗП, основанного на анализе частоты потребления пищи, существенно облегчит и упростит его широкое использование.

Изменение ИЗП при различной величине, а также частоте потребления пищевых продуктов свидетельствует о возможности использования ИЗП как маркера оценки и мониторинга характера питания и пищевого поведения различных групп населения с целью исследования взаимосвязи питания, состояния здоровья и заболеваемости ХНИЗ.

Литература

1. Kennedy E.T., Ohls J., Carlson S. et al. The Healthy Eating Index: design and applications // J. Am. Diet. Assoc. 1995. Vol. 95, N 10. P. 1103-1108. DOI: http://dx.doi.org/10.1016/S0002-8223(95)00300-2

2. McNaughton S.A., Ball K., Crawford D., Mishra G.D. An index of diet and eating patterns is a valid measure of diet quality in an Australian population // J. Nutr. 2008. Vol. 138, N 1. P. 86-93. DOI: http://dx.doi.org/10.1093/jn/138.1.86

3. Zarrin R., Ibiebele T.I., Marks G.C. Development and validity assessment of a diet quality index for Australians // Asia Pac. J. Clin. Nutr. 2013. Vol. 22, N 2. P. 177-187. DOI: http://dx.doi.org/10.6133/apjcn.2013.22.2.15

4. Verger E.O., Mariotti F., Holmes B.A., Paineau D., Huneau J.F. Evaluation of a diet quality index based on the probability of adequate nutrient intake (PAN Diet) using national French and US dietary surveys // PLoS One. 2012. Vol. 7, N 8. Article ID e42155. DOI: http://dx.doi.org/10.1371/journal.pone.0042155

5. Kaluza J., Hakansson N., Brzozowska A., Wolk A. Diet quality and mortality: a population-based prospective study of men // Eur. J. Clin. Nutr. 2009. Vol. 63. P. 451-457.

6. Drake I., Gullberg B., Sonestedt E., Wallstrom P., Persson M., Hlebowicz J. et al. Scoring models of a diet quality index and the predictive capability of mortality in a population-based cohort of Swedish men and women // Public Health Nutr. 2013. Vol. 16, N 3. P. 468-478.

7. Выборочное наблюдение рациона питания населения. 2013. URL: www.gks.ru

8. Рацион питания населения. 2013 : статистический сборник / Росстат. Москва : Статистика России, 2016. 220 с.

9. Мартинчик А.Н., Батурин А.К., Михайлов Н.А., Кешабянц Э.Э., Камбаров А.О. Разработка и оценка достоверности базового индекса здорового питания населения России // Вопросы питания. 2019. Т. 88, № 6. С. 34-44.

10. Myneni A.A., Giovino G.A., Millen A.E., LaMonte M.J., Wactawski-Wende J., Neuhouser M.L. et al. Indices of diet quality and risk of lung cancer in the women’s health initiative observational study // J. Nutr. 2021. Vol. 151, N 6. P. 1618-1627. DOI: http://dx.doi.org/10.1093/jn/nxab033

11. Sullivan V.K., Johnston E.A., Firestone M.J., Yi S.S., Beasley J.M. Self-rated diet quality and cardiometabolic health among US adults, 2011-2018 // Am. J. Prev. Med. 2021. Vol. 61, N 4. P. 563-575. DOI: http://dx.doi.org/10.1016/j.amepre.2021.04.033

12. Solbak N.M., Xu J.Y., Vena J.E., Csizmadi I., Whelan H.K., Robson P.J. Diet quality is associated with reduced incidence of cancer and self-reported chronic disease: observations from Alberta’s tomorrow project // Prev. Med. 2017. Vol. 101. P. 178-187.

13. Kirkpatrick S.I., Dodd K.W., Potischman N., Zimmerman T.P., Douglass D., Guenther P.M. et al. Healthy Eating Index-2015 scores among adults based on observed vs recalled dietary intake // J. Acad. Nutr. Diet. 2021. Aug 4. Article ID S2212-2672(21)00388-9. DOI: http://dx.doi.org/10.1016/j.jand.2021.06.009

14. Shams-White M.M., Korycinski R.W., Dodd K.W., Barrett B., Jacobs S., Subar A.F. et al. Examining the association between meal context and diet quality: an observational study of meal context in older adults // Int. J. Behav. Nutr. Phys. Act. 2021. Vol. 18, N 1. P. 67. DOI: http://dx.doi.org/10.1186/s12966-021-01122-x

15. Zhilei Shan, Rehm C.D., Rogers G. et al. Trends in dietary carbohydrate, protein, and fat intake and diet quality among US adults, 1999-2016 // JAMA. 2019. Vol. 322, N 12. P. 1178-1187. DOI: http://dx.doi.org/10.1001/jama.2019.13771

16. Liu J., Rehm C.D., Onopa J., Mozaffarian D. Trends in diet quality among youth in the United States, 1999-2016 // JAMA. 2020. Vol. 323, N 12. P. 1161-1174. DOI: http://dx.doi.org/10.1001/jama.2020.0878

17. Hruby A., Manson J.E., Qi L. et al. Determinants and consequences of obesity // Am. J. Public Health. 2016. Vol. 106. P. 1656-1662.

18. de Koning L., Chiuve S.E., Fung T.T. et al. Diet-quality scores and the risk of type 2 diabetes in men // Diabetes Care. 2011. Vol. 34, N 5. P. 1150-1156. DOI: http://dx.doi.org/10.2337/dc10-2352

19. Guenther P.M., Reedy J., Krebs-Smith S.M. Development of the Healthy Eating Index-2005 // J. Am. Diet. Assoc. 2008. Vol. 108. P. 1896-1901.

20. Krebs-Smith S.M., Pannucci T.E., Subar A.F. et al. Update of the Healthy Eating Index: HEI-2015 // J. Acad. Nutr. Diet. 2018. Vol. 118, N 9. P. 1591-1602.

SCImago Journal & Country Rank
Scopus CiteScore
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР
Тутельян Виктор Александрович
Академик РАН, доктор медицинских наук, профессор, научный руководитель ФГБУН «ФИЦ питания и биотехнологии»
РОСМЕДОБР 2021
Вскрытие
Медицина сегодня
Пост-релиз "Молекулярная диагностика"

Молекулярная диагностика на страже "биопорядка": как современные технологии позволяют выжить в век эпидемий Новые технологии молекулярной диагностики в эпоху COVID-19/пандемий Обеспечение массового экспресс-тестирования населения - приоритетная задача, которая поможет...

"Муковисцидоз: из детства во взрослую жизнь"

Всероссийская школа по Муковисцидозу с международным участием "Муковисцидоз: из детства во взрослую жизнь" С 24 по 25 ноября 2021 года профессионалы в области педиатрии, терапии, пульмонологии, гастроэнтерологии, эндокринологии, генетики, диетологии, микробиологии,...

Амбулаторный прием 24 ноября.

Коморбидность - бич современного общества и головная боль для каждого терапевта. Как минимизировать комбинации препаратов и, как следствие, побочных эффектов у больных с сочетанной патологией? Именно этот злободневный вопрос мы задали ведущим экспертам российского...


Журналы «ГЭОТАР-Медиа»