Evaluation of biochemical markers of adaptation to physical activities in young tennis players

• Yulia A. Mezentseva
• Tatyana N. Korotkova
• Kseniya V. Vybornaya
• Ilya V. Vorozhko
• Zlata M. Shurova
• Dmitriy B. Nikityuk

Abstract

Improving athletic performance and minimizing the risk of injury due to overtraining and/or muscle damage in young tennis players is a key aspect of biomedical monitoring of their training.

The purpose of the study was to evaluate biochemical markers of adaptation to physical activity and their correlations with body composition indicators in young tennis players, taking into account their dietary habits.

Material and methods. The study involved 59 tennis players aged 7 to 17 years. Using the AU 680 biochemical analyzer (Beckman Coulter), the level of the following biochemical markers in blood serum was determined: total protein, urea, creatinine, uric acid, glucose, cholesterol and triglycerides, the activity of creatine phosphokinase (CPK), alanine (ALT) and aspartate aminotransferase (AST); the muscle damage index (CPK/AST) and the de Ritis coefficient (AST/ALT) were calculated. Somatometric parameters were measured by anthropometry, the body composition was determined by bioimpedancemetry using the ABC-01 Medass analyzer. The analysis of the diet structure was carried out using the 24-hour dietary recall for 3 days of the survey (2 training days and 1 day off).

Results. Creatinine levels exceeding the reference norms were revealed in 20 girls and 9 boys, in most cases observed at a younger age, which indicates a greater share of the anaerobic energy supply mechanism compared to the older age group. Serum creatine phosphokinase activity was elevated in 14 of 33 female athletes, while in boys it was within the normal range, which indicates the depletion of adaptation reserves, and therefore requires adjustment of the training schedule with a sufficient recovery period. The strongest relationship was observed for creatinine and uric acid serum level and all studied parameters of body composition (p<0.05), except for the proportion of body fat, which may be due to eating habits and the structure of the diet – optimal protein intake. The relationship was also found between blood level of triglycerides and fat mass (ρ=0.336; p<0.01) and the proportion of body fat (ρ=0.348; p<0.01), which is associated with an excess of fat in the diet.

Conclusion. An assessment of biochemical markers of adaptation to physical activity allowed us to determine the current state of physical performance in young tennis players. For athletes with biochemical marker deviations from reference values, additional screening tests are recommended, as well as consultation with the coaching staff regarding adjustments to the volume and intensity of physical activity, as well as the recovery period between training sessions.

Keywords: biochemical markers; creatinine; uric acid; creatine phosphokinase; body composition; adaptation; exercise; tennis; children

Большой теннис является олимпийской дисциплиной, требующей интеграции физических, технических и физиологических компонентов тренированности спортсменов. В современном детско-юношеском спорте при постоянно возрастающих по объему и интенсивности физических нагрузках особенно важно изучить особенности адаптации организма ребенка к предъявляемым условиям тренировочного и соревновательного процесса [1]. Оценить переносимость физической нагрузки и определить оптимальное время адаптации организма в спортивной деятельности возможно только при контроле процессов утомления и восстановления, являющихся неотъемлемыми частями тренировочного процесса.

Повышение уровня спортивных результатов и снижение вероятности развития состояния перетренированности являются первостепенными целями, которые могут быть достигнуты за счет правильной организации тренировочного процесса. Уровень адаптации к физической нагрузке связан со спецификой, направленностью и степенью биохимических и функциональных изменений, происходящих во время мышечной работы [2]. Несоблюдение баланса между величиной физической нагрузки и периодом восстановления может привести к состоянию нефункционального перенапряжения (продолжительный период восстановления, не сопровождающийся суперкомпенсацией). На этой стадии первые признаки и симптомы длительной тренировочной нагрузки проявляются в виде снижения результативности, наличия психологических нарушений и гормонального дисбаланса [3].

Установление и анализ референсных интервалов различных показателей крови для спортсменов является важным инструментом в индивидуализации тренировочного процесса, что в конечном итоге позволяет снизить риск травматизма и достичь пика спортивной формы [4].

Цель исследования - оценка биохимических маркеров адаптации к физическим нагрузкам и их корреляций с показателями состава тела юных теннисистов при учете их пищевых привычек.

Материал и методы

В исследовании приняли участие 59 спортсменов в возрасте от 7 до 17 лет (33 девушки, средний возраст - 11,7±2,4 года; 26 юношей, средний возраст - 12,8±3,0 года), специализирующихся в большом теннисе. При оценке антропометрических показателей и параметров состава тела теннисисты были разделены на возрастные группы:

- младшая (7-10 лет): 10 мальчиков и 16 девочек;

- средняя (11-14 лет): 8 юношей и 13 девушек;

- старшая (15-17 лет): 8 юношей и 4 девушки.

Все спортсмены занимались большим теннисом в спортивных школах ЦСКА и Теннис.Ру г. Москвы не менее 1 года. Исследование проведено на специально-подготовительном этапе тренировочного цикла (май-июль 2025 г.).

Обследование проводили утром натощак по истечении не менее 12 ч после тренировки. Концентрацию биохимических маркеров адаптации к физическим нагрузкам (компоненты гликогенового и оксидативного патогенетических механизма развития перетренированности), таких как общий белок и мочевина, креатинин и мочевая кислота, глюкоза, холестерин и триглицериды, а также активность креатинфосфокиназы (КФК), аланин- (АЛТ) и аспартатаминотрансферазы (АСТ) в сыворотке крови, определяли с использованием биохимического анализатора AU 680 (Beckman Coulter, США). На основе полученных данных рассчитывали индекс повреждения мышц (КФК/АСТ) и коэффициент де Ритиса (АСТ/АЛТ).

Фактические данные об уровне биохимических маркеров крови респондентов сравнивали с половозрастными референсными интервалами по каждому показателю. Половозрастные референсные интервалы регламентированы ГОСТ Р ИСО 15189-2015 "Лаборатории медицинские. Частные требования к качеству и компетентности", их формирование и использование приведено в инструкциях по применению тест-систем фирм-производителей. Референсные интервалы установлены для данных половозрастных групп в клинико-диагностической лаборатории ФГБУН "ФИЦ питания и биотехнологии".

Соматометрические показатели измеряли методом антропометрии по стандартной методике [5]. Использовали весы электронные медицинские ВЭМ-150-"Масса-К" (АО "МАССА-К", РФ), металлический штанговый составной антропометр Мартина (GPM, Швейцария), прорезиненную сантиметровую ленту (GPM, Швейцария). Компонентный состав тела определяли методом биоимпедансометрии с помощью анализатора АВС-01 "Медасс" (НТЦ "Медасс", РФ) [6].

Анализ структуры рациона проводили с использованием метода 24-часового воспроизведения питания за 3 дня опроса (2 тренировочных и 1 выходной по стандартной методике). Обработку данных проводили с использованием компьютерной программы "Индивидуальная диета 5.0" (свидетельство Роспатента № 2021617735 от 19 мая 2021 г.)

Обработку первичного материала, расчеты и преобразования данных, а также статистическую обработку проводили с помощью программы IBM SPSS Statistics 20.0 (IBM, США). Нормальность распределения оценивали с помощью критерия Шапиро-Уилка. Поскольку переменные имели распределение, отличное от нормального, в качестве меры центральной тенденции выбрана медиана; параметры описательной статистики количественных данных включали также 25-й и 75-й перцентиль. Для оценки различий между 2 независимыми выборками применяли статистический U-критерий Манна-Уитни (Mann-Whitney U-test), при сравнении долей спортсменов мужского и женского пола, имеющих отклонения от референсных интервалов биохимических показателей, использовали статистический критерий χ². Для анализа взаимосвязи между переменными был проведен корреляционный анализ Спирмена. Для всех проведенных тестов различия считали достоверными при двустороннем уровне значимости р<0,05.

От всех родителей детей и спортсменов в возрасте от 14 до 17 лет включительно получено информированное согласие. Протокол исследования (№ 10 от 18.10.2024) был одобрен этическим комитетом ФГБУН "ФИЦ питания и биотехнологии".

Результаты

Биохимические параметры крови обследованных спортсменов представлены в табл. 1.

Креатинин образуется в результате обменных процессов в мышечной ткани, и по увеличению в крови содержания продуктов обмена креатинфосфата в мышцах можно оценить степень подключения креатинфосфокиназного (анаэробного алактатного) механизма энерго­обеспечения при выполнении физических нагрузок.

Всего у 20 девушек и 9 юношей, специализирующихся в большом теннисе, была выявлена концентрация креатинина в сыворотке крови, превышающая референсные интервалы. Превышение содержания креатинина по большей части наблюдалось в возрастном диапазоне 5-12 лет - в 15 из 20 случаев у девушек и 6 из 9 случаев у юношей-теннисистов. Это может указывать на высокую долю анаэробного механизма энергообеспечения в теннисе как в высокоинтенсивном, прерывистом виде спорта, а также объясняться спецификой нагрузки спортсменов более младшего возраста (менее длительными розыгрышами по сравнению со взрослыми спортсменами).

Уровни общего белка, мочевины и мочевой кислоты находились в пределах референсных интервалов для теннисистов обоих полов. Однако в единичных случаях концентрация мочевой кислоты и мочевины выходила за рамки нормы: так, у 2 юношей старше 12 лет уровень мочевой кислоты был снижен и у 1 девушки до 12 лет - повышен, а уровень мочевины повышен у 3 юношей. Концентрация мочевины в крови является основным биохимическим показателем, отражающим метаболический ответ организма на нагрузку, и используется для оценки общей усталости спортсмена и его функционального состояния [7]. Для спортсменов характерна положительная взаимосвязь между концентрацией мочевины в крови и величиной физической нагрузки. Повышение содержания мочевины в крови при кратковременной физической работе может быть незначительным, а при длительном выполнении нагрузки достигать 4-5 раз [4]. В нашем исследовании концентрация общего белка, мочевой кислоты и мочевины, в большинстве случаев не выходящая за пределы половозрастных референсных интервалов, по всей видимости, обусловлена умеренными по объему и интенсивности нагрузками и достаточным временем восстановления после тренировки непосредственно до проведения исследования, а также оптимальным потреблением белкового компонента рациона (табл. 2).

Концентрация глюкозы (компонент гликогенового патогенетического механизма развития перетренированности) находилась в интервале нормальных значений у всех спортсменов за исключением 1 девушки старшей возрастной группы, у которой этот показатель составил 3,7 ммоль/л при минимальном рекомендуемом уровне 4,1 ммоль/л для детей старше 14 лет. Поскольку глюкоза является основным субстратом для работы в зоне субмаксимальной мощности, что характерно для прерывистых высокоинтенсивных видов спорта, по оптимальным общегрупповым значениям данного маркера можно судить о достаточной скорости восстановления запасов гликогена у юных теннисистов между тренировочными сессиями [8].

Некоторое снижение концентрации триглицеридов в течение общеподготовительного и/или специально-подготовительного периодов может быть обусловлено приоритетным количеством объемных аэробных тренировок, в ходе которых в значительной степени расходуются гликоген и липиды. Так, согласно зарубежному исследованию G. Di Gioia и соавт., оценка уровня триглицеридов у спортсменов, специализирующихся в силовых, сложнокоординационных и циклических дисциплинах, показала, что у атлетов, занимающихся видами спорта с акцентным развитием выносливости (аэробный механизм работы), наблюдался значительно меньший уровень триглицеридов по сравнению с показателем у спортсменов других специализаций (p=0,009) [9].

Полученные нами результаты подтверждают то положение, что теннис является смешанным (анаэробно-аэробным) видом спорта. Медианные значения и межквартильный размах по всем показателям липидного обмена находились в пределах референсных интервалов, что подтверждает специфику физической работы в большом теннисе, при котором чередуются короткие высокоинтенсивные действия с длительными, умеренными нагрузками.

Наибольшие отличия от возрастных норм и широкую вариативность у спортсменов имеет активность КФК [4], являющаяся основным маркером повреждения мышц. Чрезмерно повышенная активность КФК может наблюдаться при глубоком переутомлении, которое сопровождается истощением адаптационного резерва и, как следствие, снижением физической работоспособности.

Активность КФК была повышена у 14 теннисисток, что составило 42,4% от общего числа девушек, при этом у 2 спортсменок этот показатель в 3-4 раза превышал верхнюю границу референсного интервала. В данном случае необходимы пересмотр тренировочной программы и изменение периодов отдыха между тренировками до полного восстановления с целью снижения рисков травматизма и развития состояния перетренированности. Среди юношей повышение активности КФК было отмечено только у 1 спортсмена, что свидетельствует о лучшей адаптации организма мужского пола к предъявляемым физическим нагрузкам. Половые различия в активности КФК, скорее всего, обусловлены разницей в мышечной массе респондентов разных групп и особенностями компонентного состава тела теннисистов мужского и женского пола (табл. 3).

Мониторинг активности КФК во время тренировок имеет практическую ценность, поскольку данные о динамике этого показателя под воздействием физических нагрузок позволяют подобрать упражнения с разной интенсивностью и характером, не приводящие к повреж­дениям мышечной ткани. Повышенная активность КФК у спортсменов во время отдыха может служить сигналом для проведения комплексного диагностического обследования мышц. Это обследование направлено на выявление скрытых мышечных проблем, которые могут возникнуть вследствие тренировочных нагрузок и длительного утомления [10].

Активность клеточных трансаминаз - АЛТ и АСТ - была оптимальна у всех спортсменов, кроме 1 юноши, у которого активность этих ферментов превышала нормативные значения в 1,5-2,5 раза. Вместе с тем чуть более высокая активность изучаемых ферментов наблюдалась у юношей по сравнению с девушками, вне зависимости от возраста.

У юношей-теннисистов вариабельность показателей, т.е. выявление вне пределов референсных интервалов, наблюдалась существенно реже, чем у девушек. В то же время превышение уровня креатинина в сыворотке крови было выявлено у каждого третьего спортсмена, хотя и статистически значимо реже, чем среди обследованных женского пола. Наибольшие смещения показателей (доля лиц с уровнем больше нормы) у спортсменок были выявлены по таким маркерам, как активность КФК (42,4%) и концентрация креатинина (60,6%). Доля девушек-теннисисток, имеющих отклонения от половозрастных референсных интервалов по данным маркерам, была статистически значимо больше доли юношей соответственно в 11,2 (p=0,001) и 1,8 раза (p=0,041).

Сравнительный анализ показал, что антропометрические показатели и параметры состава тела детей обоего пола увеличиваются закономерно физиологическим законам роста и развития при переходе из одной возрастной группы в другую, более старшую. Между мальчиками и девочками внутри одной возрастной группы (7-10 лет) по длине тела (ДТ), массе тела (МТ), индексу массы тела (ИМТ) достоверных различий не выявлено, что говорит о схожести этих показателей у детей. Половой диморфизм в младшем возрасте выражен менее значительно, чем в старших возрастных группах (см. табл. 3). Так, достоверные различия между показателями мальчиков и девочек младшего возраста выявлены только по доле скелетно-мышечной массы (СММ) (p=0,001, ↑ у мальчиков).

Юноши и девушки среднего возраста статистически значимо отличаются друг от друга по жировой массе тела (ЖМТ) (p=0,007) и ее доле (p=0,011, ↑ у девушек), а также доле активной клеточной массы тела (АКМ) (p=0,019) и доле СММ (p=0,000, ↑ у юношей). В свою очередь, у спортсменов старшего возраста выявлены статистически значимые половые различия по ЖМТ (p=0,007) и ее доле (p=0,007, ↑ у девушек), СММ (p=0,042) и ее доле (p=0,007, ↑ у юношей).

Различия в компонентном составе тела ожидаемы и свидетельствуют о наличии полового диморфизма, при отсутствии статистически значимых отличий ДТ, МТ и ИМТ внутри возрастных групп между юношами и девушками, специализирующимися в большом теннисе. Это также было отмечено в исследовании A.J. Berral-Aguilar и соавт. при оценке статистической значимости различий антропометрических параметров, состава тела и соматотипа элитных молодых теннисистов мужского и женского пола в возрасте 13-16 лет [11].

На рисунке (А) представлены результаты оценки доли ЖМТ у спортсменов мужского пола. Во всех 3 возрастных группах медианные значения этого показателя соответствовали норме. В то же время у половины мальчиков в возрасте 7-10 лет доля ЖМТ превышала верхнюю границу нормальных значений. В возрастной группе 11-14 лет отмечено превышение по данному показателю: у 1 из теннисистов доля ЖМТ составляла 36,2% (выброс) и у 1 спортсмена выявлено незначительное смещение от верхней границы нормы (на 0,7%). Также установлено единичное снижение доли ЖМТ относительно нижней границы нормальных значений в средней возрастной группе юношей. В старшей возрастной группе мужского пола ни у одного спортсмена не отмечена избыточная или недостаточная доля ЖМТ.

Как следует из данных рисунка (Б), медианные значения доли ЖМТ в группах девочек 7-10 лет и девушек 11-14 лет, как и у спортсменов мужского пола, соответствовали норме, при этом превышение верхней границы референсных значений отмечалось у 4 из 16 теннисисток младшей возрастной группы и у 5 из 13 в средней. В группе девушек 15-17 лет медиана превышала интервал нормальных значений: 3 из 4 спортсменок старшей возрастной группы имели избыточную долю ЖМТ.

Для спортсменов с избыточной ЖМТ необходима коррекция рациона и уровня физических нагрузок с целью снижения этого показателя при периодическом контроле компонентного состава тела.

Текущее состояние фактического питания и пищевые привычки, формирующиеся в детском возрасте, представляют собой важную группу факторов, оказывающих влияние как на показатели компонентного состава тела, так и на возникновение и развитие синдрома перетренированности. Недостаточное потребление пищевых веществ препятствует восстановлению организма после физических нагрузок [12].

Анализ структуры привычного рациона спортсменов (см. табл. 3) не выявил статистически значимых возрастных и межполовых различий в структуре энергетической ценности. Отмечено существенное превышение рекомендуемой доли потребления жиров во всех группах обследованных при недостаточном уровне углеводного компонента рациона, что, однако, не имело прямой взаимосвязи с уровнем глюкозы в крови. Это может свидетельствовать о достаточной скорости восполнения гликогена между тренировочными сессиями. Доля потребления белка соответствовала рекомендуемому уровню, кроме девушек 11-14 лет, медианное значение потребления у которых было снижено.

На следующем этапе работы была проведена оценка взаимосвязи между показателями физического развития, в частности состава тела, и концентрацией биохимических маркеров в сыворотке крови юных теннисистов, отражающих физическую работоспособность.

Статистически значимые корреляционные взаимосвязи в большей степени наблюдались между всеми представленными показателями компонентного состава тела, кроме доли ЖМТ, и концентрацией таких биохимических маркеров, как креатинин и мочевая кислота. Также выявлена взаимосвязь между уровнем триглицеридов в крови и такими параметрами состава тела, как ЖМТ (ρ=0,336; p<0,01) и доля ЖМТ (ρ=0,348; p<0,01), что связано с пищевыми привычками спортсменов, включающими частое потребление продуктов с высоким содержанием жиров. Данная взаимосвязь также наблюдалась в исследовании F. Tyrała и B. Frączek среди спортсменов старшего возраста (>16 лет), представляющих индивидуальные и командные дисциплины [13].

Была выявлена положительная корреляционная взаимосвязь между уровнем креатинина в сыворотке крови и антропометрическими показателями, в частности ИМТ (ρ=0,546; p<0,01), что также отмечалось в недавнем исследовании взаимосвязи данных параметров у олимпийских атлетов различных дисциплин. Так, значимо более высокие концентрации креатинина в крови наблюдались у атлетов с самым высоким ИМТ, занятых в силовых видах спорта [9]. Уровень креатинина в сыворотке крови у спортсменов может варьировать в зависимости от вида спорта, тренировочной нагрузки, аэробного/анаэробного метаболизма, продолжительности тренировок/соревнований и на разных этапах соревновательного сезона у одних и тех же спортсменов [9, 14]. При увеличении СММ закономерно возрастает производство креатинина, что может приводить к повышению его уровня в крови, о чем свидетельствует положительная корреляционная связь высокой силы (ρ=0,752; p<0,01). Отрицательная корреляционная связь была отмечена между уровнем мочевины в крови и долей ЖМТ (ρ=-0,321; p<0,05). Поскольку мочевина является показателем белкового обмена, ЖМТ не является прямым фактором влияния на концентрацию данного маркера. Однако снижение процента ЖМТ может быть следствием повышения уровня физических нагрузок и, соответственно, концентрации мочевины в крови.

Положительные корреляционные взаимосвязи наблюдались между концентрацией мочевой кислоты и представленными антропометрическими параметрами (ДТ - ρ=0,510; МТ - ρ=0,470; p<0,01) и показателями состава тела, кроме доли ЖМТ. Повышенный уровень мочевой кислоты в сыворотке крови является фактором риска снижения мышечной массы [15, 16]. В связи с тем, что данный маркер находился в пределах оптимальных по возрасту и полу значений, отрицательной взаимосвязи не наблюдалось, отмечалась умеренная положительная связь с параметрами тощей массы (ρ=0,450; p<0,01), АКМ (ρ=0,478; p<0,01), доли АКМ (ρ=0,352; p<0,01), СММ (ρ=0,454; p<0,01) и доли СММ (ρ=0,344; p<0,01). Поскольку мочевая кислота является конечным продуктом распада пуринов, которые входят в состав белковых продуктов, наличие данной корреляции можно связать с достаточным потреблением белкового компонента рациона юными теннисистами. Между АКМ (ρ=0,270; p<0,01) и долей АКМ (ρ=0,321; p<0,01), в свою очередь, также имелась положительная взаимосвязь с уровнем общего белка крови, что тоже может быть обусловлено достаточным потреблением белка и адекватной степенью гидратации [8].

Для оценки уровня физической нагрузки и наличия повреждений в мышечной ткани используют индекс повреждения мышц (КФК/АСТ) и коэффициент де Ритиса, рассчитываемый как отношение активности АСТ к активности АЛТ (табл. 4).

Медианные значения КФК/АСТ не превышали 10 удельных единиц во всех группах, что свидетельствует об отсутствии повреждения клеток мышечной ткани, кроме единичных случаев повышения. Так, у 2 юношей старшей возрастной группы значения данного показателя составили 12,7 и 13,6 удельных единиц, а у 2 девушек в возрасте 11-14 лет - 12,3 и 21,0 удельных единиц.

Анализ значений коэффициента де Ритиса, имеющего важное диагностическое значение в оценке функционального состояния миокарда, скелетных мышц и печени, не выявил достоверных межгрупповых различий (р≥0,05). Коэффициент де Ритиса, превышающий диапазон нормальных значений, отмечался у половины девушек (16 из 33 спортсменок), в большей степени у теннисисток младшего возраста 7-10 лет (10 из 16 случаев). Среди юношей превышение показателя выявлено в 11 из 26 случаев. В исследовании Е.М. Степановой и соавт. при оценке коэффициента де Ритиса среди высококвалифицированных спортсменов мужского пола в возрасте 23,4±1,1 года в группе "игровой спорт" не выявлено превышений по данному показателю [17]. Это может свидетельствовать о более высокой степени адаптации организма спортсменов, достигаемой с повышением возраста, спортивного стажа и квалификации. Однако авторами были приведены только средние величины, без оценки минимальных и максимальных внутригрупповых показателей, что исключает возможность индивидуальной оценки отклонений от нормальных значений. Полученные нами результаты у спортсменов-теннисистов могут свидетельствовать о функционально адаптивной реакции при нормальных значениях АЛТ и АСТ, не выходящих за пределы референсных интервалов.

Заключение

Оценка биохимических маркеров адаптации к физическим нагрузкам позволила определить текущее состояние физической работоспособности юных спорт­сменов-теннисистов. Наибольшие отклонения показателей наблюдались у девушек по сравнению с юношами, в частности, выявлено превышение активности КФК (>40% случаев) и концентрации креатинина (60% случаев), в то время как у юношей превышение уровня креатинина отмечалось у 35% респондентов, а активность КФК находилась в пределах нормального диапазона, что является физиологическим ответом на интенсивную физическую нагрузку, однако требует периодической оценки с целью коррекции тренировочного процесса.

Уровни креатинина и мочевой кислоты, находящиеся в пределах нормальных значений, имеют статистически значимую взаимосвязь с компонентным составом тела, в частности с мышечной массой спортсмена, а также могут быть обусловлены пищевыми привычками теннисистов - достаточным потреблением белкового компонента. В то же время отмечена положительная взаимосвязь между уровнем триглицеридов в крови и ЖМТ, а также долей ЖМТ, свидетельствующая о значительной доле жиров в рационе юных спортсменов и, соответственно, негативном влиянии на компонентный состав тела. В данном случае требуется коррекция рациона - изменение структуры макронутриентного состава и снижение величины потребления жиров с обязательным учетом МТ (удельные единицы, г/кг МТ).

По результатам исследования родителям и тренерскому штабу спортивных школ были переданы индивидуальные отчеты по каждому спортсмену. Углубленные медицинские обследования, являющиеся обязательными для прохождения, проводятся с периодичностью не более 1-2 раз в год, что не позволяет отслеживать динамику изменений представленных маркеров за более короткие промежутки времени - на разных этапах тренировочного и соревновательного циклов. Это особенно важно для юных спортсменов, имеющих по результатам периодических профилактических обследований отклонения показателей от референсных значений. При хроническом повышении данных маркеров необходимо обратиться к профильному специалисту и согласовать с тренерским штабом изменения в тренировочном графике с предоставлением достаточного восстановительного периода, скорректировать объем и интенсивность предъявляемой к юному спортсмену нагрузки. Для спортсменов, находящихся в группе риска, рекомендуется проведение дополнительных скрининговых обследований.

References

1. Aliyev I.S. The influence of training loads on biochemical indicators of the adaptation process in adolescent football players. Mezhdunarodniy zhurnal prikladnykh i fundamental’nykh issledovaniy [International Journal of Applied and Fundamental Research]. 2022; (1): 7–11. (in Russian)

2. Zaborova V.A., Balakin E.I., Yurku K.A., Aprishko O.E., Pustovoyt V.I. Model for predicting metabolic activity in athletes based on biochemical blood test analysis. Sports Med Health Sci. 2025; 7 (3): 202–7. DOI: https://doi.org/10.1016/j.smhs.2024.06.005

3. Marinich V.V. Modern approaches to the diagnosis of overexertion and overtraining in athletes. Zdorov’e dlya vsekh [Health for All]. 2024; (1): 3–12. (in Russian)

4. Shvedova N.V., Gilep I.L. Determination of reference intervals of blood biochemical parameters in track and field athletes, taking into account specialization and the period of preparation. Izvestiya Natsional’noy akademii nauk Belarusi. Seriya biologicheskikh nauk [Proceedings of the National Academy of Sciences of Belarus. Series of Biological Sciences]. 2024; 69 (2): 153–60. DOI: https://doi.org/10.29235/1029-8940-2024-69-2-153-160 (in Russian)

5. Tutelyan V.A., Nikityuk D.B., Vybornaya K.V., Baturin A.K., Burlyaeva E.A., Gapparova K.M., et al. Anatomical and anthroponutrition methods for assessing the physical and nutritional status of children and adults with different levels of physical activity: methodological recommendations. Moscow: Mul’tiprint, 2022: 112 p. ISBN: 978-5-6048236-0-6. DOI: https://doi.org/10.56188/978-5-6048236-0-6-2022 (in Russian)

6. Nikolaev D.V., Shchelykalina S.P. Lectures on bioimpedance analysis of human body composition: textbook. 2nd ed., revised and additional. Tomsk: Luna-print, 2022: 156 p. ISBN: 978-5-906159-06-9. (in Russian)

7. Yang Y., Hu D. Changes in biochemical indicators in scientific load training in tennis players. Rev Bras Med Esporte. 2022; 29: e2022_0312. DOI: https://doi.org/10.1590/1517-8692202329012022_0312

8. Sheshurina T.A., Nevzorova T.G., Korkmazo M.Yu., Krivopalov A.A., Talibov A.Kh. Informativeness and significance of determining the main biochemical markers in assessing the adaptation of weightlifters to physical activity. Chelovek. Sport. Meditsina [Human. Sport. Medicine]. 2024; 24 (2): 23–32. DOI: https://doi.org/10.14529/hsm240203 (in Russian)

9. Di Gioia G., Ferrera A., Serdoz A., Zampaglione D., Fiore R., Spinelli A., et al. Athlete’s blood: sport category specific hematological adaptations in a large cohort of Olympic athletes. Sport Sci Health. 2025; 21: 1533–42. DOI: https://doi.org/10.1007/s11332-025-01372-3

10. Rybina I.L. Practical aspects of the use of serum enzymes in monitoring the training process in biathlon. In: Modern System of Sports Training in Biathlon. Omsk, 2022: 136–48. (in Russian)

11. Berral-Aguilar A.J., Schröder-Vilar S., Rojano-Ortega D., Berral-de la Rosa F.J. Body composition, somatotype and raw bioelectrical impedance parameters of adolescent elite tennis players: age and sex differences. Int J Environ Res Public Health. 2022; 19 (24): 17045. DOI: https://doi.org/10.3390/ijerph192417045

12. Fiala O., Hanzlova M., Borska L., Fiala Z., Holmannova D. Beyond physical exhaustion: understanding overtraining syndrome through the lens of molecular mechanisms and clinical manifestation. Sports Med Health Sci. 2025; 7 (4): 237–48. DOI: https://doi.org/10.1016/j.smhs.2025.01.006

13. Tyrała F., Frączek B. Dietary patterns and nutritional status of polish elite athletes. Nutrients. 2025; 17 (16): 2685. DOI: https://doi.org/10.3390/nu17162685

14. Díaz Martínez A.E., Alcaide Martín M.J., González-Gross M. Basal values of biochemical and hematological parameters in elite athletes. Int J Environ Res Public Health. 2022; 19 (5): 3059. DOI: https://doi.org/10.3390/ijerph19053059

15. Zhang J., Sun N., Zhang W., Yue W., Qu X., Li Z., et al. The impact of uric acid on musculoskeletal diseases: clinical associations and underlying mechanisms. Front Endocrinol. 2025; 16: 1515176. DOI: https://doi.org/10.3389/fendo.2025.1515176

16. Wang F., Wen L., Guo X., Wang W., Cao Y., Zhou G., et al. Association of serum uric acid with relative muscle loss: a US population-based cross-sectional study. J Cachexia Sarcopenia Muscle. 2025; 16 (3): e13867. DOI: https://doi.org/10.1002/jcsm.13867

17. Stepanova E.M., Lugovaya E.A. Some biochemical parameters of the blood of highly qualified athletes from Magadan. Chelovek. Sport. Meditsina [Human. Sport. Medicine]. 2022; 22 (4): 44–50. DOI: https://doi.org/10.14529/hsm220405 (in Russian)

All articles in our journal are distributed under the CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)

© GEOTAR-Media Publishing Group. The use of textual and illustrative content from this publication for the training of any artificial intelligence systems - including machine learning models and neural networks - is strictly prohibited without the prior written consent of the copyright holder.