The effect of administration of dietary supplement with calcium and vitamins D3 and B6 on calcium homeostasis and falls incidence in patients with high fracture risk undergoing medical rehabilitation

• Larisa A. Marchenkova
• Anatoliy D. Fesyun
• Marina Yu. Gerasimenko
• Ekaterina V. Makarova

Abstract

Elimination of vitamin D and calcium deficiencies is of particular importance in older patients undergoing medical rehabilitation after a serious illness, surgery or injury and having a high risk of fractures. Preventing falls and fractures, including during the course of rehabilitation, is an important challenge that can be addressed in these patients, in particular through improved nutrition and vitamin D and calcium supplementation.

The aim of the study was to evaluate the effect of long-term intake of a complex dietary supplement with calcium and vitamins D₃ and B₆ on calcium homeostasis and the frequency of falls in patients with high fracture risk undergoing medical rehabilitation. Material and methods. The study enrolled 109 women and 10 men (mean age 65.5±7.9 years) with high fracture risk who were undergoing medical rehabilitation. After baseline examination, 41 patients have been receiving antiresorptive therapy already comprised group 1, and patients who didn’t receive osteoporotic therapy were randomized into groups 2 (n=39) and3 (control, n=39). Patients in groups 1 and 2 for 12 months were prescribed a dietary supplement containing calcium in a daily dose of 200 mg (in the form of citrate 1000 mg), 600IU of vitamin D₃ and 2 mg of vitamin B₆. Allpatients underwent assessment of bone mineral density (BMD), calculation of absolute 10-year fracture risk according to FRAX, assessment of food calcium intake, etermination of biochemical parameters of calcium-phosphorus metabolism and bone remodeling (total calcium, inorganic phosphorus, alkaline phosphatase activity - by colorimetric method in blood serum; immunoreactive parathyroid hormone (PTH) and osteocalcin - by electrochemiluminescence immunoassay in blood serum; β-isomer of C-terminal telopeptide of type I collagen (CTx) and 25(OH)D in blood plasma - by immu-nochemiluminescence analysis), cases of falls and fractures were fixed.

Results. Average daily intake of calcium in the studied sample (n=119) was 782.9±243.4 mg, and 67.2% of patients consumed less than 800 mg of calcium daily. Vitamin D deficit was detected in 38.4% of the examined, its insufficiency - in 32.8%. An increase in 25(OH)D concentration was noted in groups 1 and 2 after 6 and 12 months (p<0.01), while in group 3 there was no dynamics of 25(OH)D (p>0.05). Patients in group 1 showed an increase in the level of osteocalcin and total calcium after 6 and 12 months, as well as alkaline phosphatase activity after 6 months (p<0.05). In group 3, there was an increase of PTH levels after 6 (p<0.05) and 12 months (p<0.01), CTx and alkaline phosphatase activity after 12 months (p<0.05). In group 1, there was an increase in BMD in the spine (+4.2%, p=0.024), femoral neck (+3.0%, p=0.041), and total femur (+2.7%, p=0.045), in patients of group 2 -an increase in BMD in the spine (+1.8%, p=0.048). In group 1, there was also a decrease in proportion of patients who fell after 6 months (x²=4.97, p=0.026) and a decrease in the total number of falls after 12 months (x²=4.89, p=0.027). Group 2 showed a decrease in the number of patients who fell after 6 and 12 months (x²=48.58, p=0.0034 at both stages of the study) and the number of falls in general after 6 months (x²=6.02, p=0.0142).

Conclusion. The obtained data allow us to recommend prescription of dietary supplements containing calcium and vitamin D₃ as a part of complex rehabilitation of patients with high fracture risk.

Keywords:calcium intake, vitamin D, fracture risk, rehabilitation, fall risk

Адекватное потребление кальция и витамина D - важный фактор здоровья населения. Недостаточное получение кальция с пищей ассоциируется с повышением риска развития остеопороза (ОП) и переломов [1, 2], а также утяжеляет медико-социальные последствия перелома шейки бедра на фоне ОП у пожилых [3].

Увеличение потребления кальция у лиц старшей возрастной группы является важным фактором снижения негативного влияния ОП на общий уровень здоровья. Есть данные, что за счет этих преимуществ только в США потребление кальция из молочных продуктов в пределах рекомендуемых норм позволит экономить в год до 209 млрд долларов бюджетных средств [4].

Основополагающим условием хорошей абсорбции кальция в кишечнике является адекватный уровень витамина D, который также участвует в процессе минерализации костной ткани и поддержании мышечной силы. Устранение дефицита витамина D ассоциируется со снижением частоты падений [5, 6] и переломов у женщин в постменопаузе и пожилых пациентов [7, 8]. Более выраженный эффект в этом аспекте добавки витамина D демонстрируют в сочетании с солями кальция [1, 6, 8-10].

Устранение дефицита витамина D и кальция имеет особое значение у пациентов старшей возрастной группы, которые нуждаются в прохождении медицинской реабилитации после тяжелого заболевания, операции или травмы и имеют при этом высокий риск переломов. Вероятность развития переломов на фоне патологической хрупкости кости у таких больных усугубляется высоким риском падений из-за мышечной слабости, нарушений координации или ограничения подвижности [11, 12]. Предотвратить падения и переломы, в том числе в процессе проведения курса реабилитации, - важная задача для врачей, работающих с такими пациентами. Решить данную проблему можно с помощью подбора индивидуальных программ физических процедур, повышения массы и прочности костной ткани, а также за счет улучшения качества питания и приема добавок витамина D и кальция [13, 14].

Цель данного исследования - оценка влияния длительного приема комплексной биологически активной добавки к пище с кальцием и витаминами D₃ и В₆ на показатели кальциевого гомеостаза и частоту падений у пациентов с высоким риском переломов, проходящих медицинскую реабилитацию. В рамках поставленной цели решались следующие задачи: 1) исследовать поступление кальция с пищевыми продуктами и уровень витамина D у пациентов, начинающих курс медицинской реабилитации и имеющих высокий риск переломов; 2) оценить эффективность стандартных пищевых рекомендаций для повышения потребления кальция с пищей и улучшения обеспеченности витамином D; 3) изучить влияние приема биологически активной добавки к пище с цитратом кальция и витаминами D₃ и В₆ на биохимические показатели кальциевого гомеостаза и костного ремоделирования, минеральную плотность костной ткани (МПК) и частоту падений у данной категории пациентов.

Материал и методы

Проведено открытое проспективное контролируемое исследование в параллельных группах. Исследуемая выборка формировалась из пациентов в возрасте от 50 до 80 лет, поступающих на медицинскую реабилитацию в ФГБУ "НМИЦ РК" Минздрава России, имеющих высокий риск развития переломов при низком уровне травмы. Критерии риска оценивали согласно рекомендациям экспертного совета Российской ассоциации по ОП [15]. Риск переломов считался высоким при наличии как минимум одного из следующих критериев: 1) перенесенные перелом позвонка или проксимального отдела бедренной кости или 2 и более перелома костей периферического скелета при любой величине МПК и FRAX (Fracture Risk Assessment Tool); 2) любой перелом в анамнезе при незначительной травме при МПК по Т-критерию ≤-2,5; 3) риск основных остеопорозных переломов по FRAX≥30% [15].

Критериями исключения были кахексия любого происхождения; тяжелая почечная, сердечно-легочная или печеночная недостаточность; заболевания или лекарственная терапия, отрицательно влияющие на двигательные способности и мышечную силу; непереносимость или противопоказания к приему препаратов кальция, витаминов D и В₆. Пациентам, у которых не было выявлено критериев исключения из исследования, предложили подписать информированное согласие.

Больные, подписавшие добровольное информированное согласие на участие в исследовании (n=119), прошли комплексное базовое обследование, которое включало:

1) клиническое обследование, сбор анамнеза, в том числе анамнеза заболевания ОП, перенесенных переломов, приема фармакологических препаратов, влияющих на метаболизм костной ткани;

2) исследование уровня МПК в поясничном отделе позвоночника (L₁-L₄) и проксимальном отделе бедренной кости методом двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии на аппарате "Lunar Prodigy Advance" (General Electric, США);

3) оценку абсолютного 10-летнего риска основных локализаций переломов на фоне ОП с помощью алгоритма FRAX, доступного в Интернете в качестве бесплатного калькулятора (https://www.shef.ac.uk/FRAX/?lang=rs) и рекомендованного для оценки риска переломов на фоне ОП в России [16, 17]; 4) оценку потребления кальция с пищей с помощью русифицированного калькулятора потребления кальция Всемирного фонда ОП (Calcium calculator of International Osteoporosis Foundation). В опроснике оценивалось количество потребляемых за неделю 77 кальцийсодержащих пищевых продуктов, объединенных в 12 групп [был указан средний размер (объем или масса) порции каждого продукта и количество содержащегося в ней кальция]. Расчет среднесуточного потребления кальция осуществляли онлайн на сайте разработчика: https://www.iofbonehealth.org/calcium-calculator;

5) исследование биохимических показателей кальций-фосфорного обмена и костного ремоделирования: концентрации кальция общего (референсные значения 2,01-2,57 ммоль/л), фосфора неорганического (0,75-1,45 ммоль/л), активности щелочной фосфатазы (35-140 ед/л) - колориметрическим методом в сыворотке крови; концентрации иммунореактивного паратиреоидного гормона (ПТГ) и биохимического маркера скорости костного ремоделирования остеокальцина (15-46 нг/мл) - методом электрохемилюминесцентного иммуноанализа в сыворотке крови (15-65 пг/мл); концентрации биохимического маркера костной резорбции p-изомера С-терминального телопептида коллагена типа I (CTx, 0-1,008 нг/мл) и уровня гидрокси-витамина D в сыворотке крови [25(OH)D] - методом иммунохемилюминесцентного анализа. Концентрацию 25(OH)D от 30 до 80 нг/мл расценивали как нормальный уровень витамина D, от 20 до 29,9 нг/мл - как гиповитаминоз D, менее 20 мг/мл - как дефицит витамина D [18, 19];

6) оценку случаев падений за предыдущие 6 мес и переломов за последние 12 мес.

После завершения базового обследования пациентам с выявленным дефицитом или недостаточностью витамина D были назначены корректирующие дозы холекальциферола - 400 000 МЕ в течение 8 нед или 200 000 МЕ в течение 4 нед соответственно, согласно действующим клиническим рекомендациям [18, 19], после чего пациенты были разделены на 3 группы. Пациенты, на момент включения в исследование уже получавшие антирезорбтивную терапию бисфосфонатами или деносумабом (n=41), составили 1-ю группу. Пациенты, не получавшие антирезорбтивную терапию (n=78), были рандомизированно разделены на 2-ю и 3-ю группы (n=39 в каждой). Пациентам 1-й и 2-й групп была назначена биологически активная добавка "Остеомед Форте" (БАД) (ООО "ПАРАФАРМ", РФ, свидетельство о госрегистрации RU.77.99.32.003.Е.000748.01.15 от 22.01.2015) по 2 таблетки 2 раза в день (в 1 таблетке: кальция 50 мг в форме цитрата 250 мг + витамин D₃ 150 МЕ + витамин В₆ 0,5 мг) [20]. Пациенты 3-й группы составили контроль. Пациентам всех трех групп были даны устные рекомендации для коррекции рациона питания с целью обеспечения адекватного получения кальция и витамина D с пищевыми продуктами.

После рандомизации пациенты во всех группах получали курс медицинской реабилитации, включавший: 1) тренировку на группе тренажеров с биологической обратной связью; 2) сенсомоторную тренировку с использованием тренажера с биологической обратной связью; 3) занятия гимнастическими упражнениями в группе в зале; 4) назначавшиеся персонализированно процедуры аппаратной физиотерапии. После курса реабилитации пациенты приглашались для динамического обследования через 6 мес, когда проводили контроль биохимических показателей, оценивали потребление кальция с пищей и число падений за последние 6 мес, а также на заключительный визит через 12 мес, во время которого кроме указанных показателей дополнительно выполняли денситометрическое обследование и собирали анамнез переломов за последний год.

Протокол клинического исследования был одобрен к проведению на заседании локального этического комитета при ФГБУ "НМИЦ РК" Минздрава России от 05.07.2016.

Статистический анализ проводили в программе Microsoft Statistica 10.0 с использованием параметрических и непараметрических методов. Значения показателей приведены в виде среднего и стандартного отклонения M±m при нормальном распределении переменных или в виде медианы и 25-го и 75-го квартилей Ме [25%; 75%] при ненормальном распределении. Для попарных сравнений показателей в независимых выборках использовали t-критерий Стьюдента при нормальном распределении переменных или критерий Манна-Уитни с поправкой Бонферрони при ненормальном, для множественных сравнений - критерий Краскела-Уоллиса. Для оценки статистической значимости изменения показателей в зависимых выборках применяли t-критерий Стьюдента при нормальном распределении или критерий Вилкоксона при ненормальном. Для выявления взаимосвязи двух показателей использовали метод корреляции Спирмена. Критический уровень значимости при проверке статистических гипотез принимался равным 0,05.

Результаты

В исследование были включены 119 человек (109 женщин и 10 мужчин, средний возраст - 65,5±7,9 года). Все 3 группы были идентичны (p>0,05) по гендерному соотношению, возрасту, росту, массе тела, индексу массы тела (ИМТ), величине абсолютного 10-летнего риска переломов, степени потери МПК и числу перенесенных позвоночных и периферических остеопорозных переломов (табл. 1).

Таблица 1. Исходная клиническая характеристика пациентов исследуемых групп

Table 1. Baseline clinical patient’s characteristics in the studied groups

Расшифровка аббревиатур дана в тексте.

Базовое обследование показало, что среднее суточное потребление кальция за счет всех пищевых источников в исследуемой выборке (n=119) составило 783±243 мг и варьировало в диапазоне от 248 до 1317 мг. 90,8% обследованных пациентов потребляли кальция <1000 мг/сут, 40,34% - <600 мг/сут и 67,23% -<800 мг/сут (табл. 2).

Таблица 2. Распределение пациентов с высоким риском переломов перед началом медицинской реабилитации в зависимости от уровня потребления кальция с рационом питания (n=119)

Table 2. Distribution of patients with high fracture risk before the medical rehabilitation starting depending on the level of diet calcium intake (n=119)

Концентрация 25(ОН)D в крови пациентов исследуемой выборки (n=119) колебалась от 7,7 нг/мл, что соответствовало тяжелому дефициту витамина D, до 79,7 нг/мл на уровне верхней границы референсного значения данного показателя и составила в среднем 26,5±11,2 нг/мл. Дефицит витамина D выявлен у 47 (38,4%) пациентов, недостаточность - у 39 (32,8%), нормальный уровень - у 33 (27,8%).

В данной выборке пациентов не обнаружено зависимости потребления кальция с пищей (в том числе за счет молочных продуктов) и уровня витамина D от возрастного и гендерного фактора.

Несмотря на данные всем пациентам диетические рекомендации, направленные на достижение рекомендуемых норм потребления кальция с пищевыми продуктами, по данным заполнения опросника по оценке потребления кальция в процессе динамического наблюдения, ни в одной из исследуемых групп не обнаружено статистически значимого изменения потребления кальция с пищей через 6 и 12 мес (табл. 3).

Таблица 3. Динамика потребления кальция пациентами с рационом питания

Table 3. Changes in calcium intake with a diet in patients

Базовое исследование биохимических показателей показало, что средняя концентрация 25(OH)D в крови пациентов всех трех групп соответствовала критерию недостаточности витамина D и статистически значимо не различалась между группами (р>0,05). Исходно у пациентов 2-й и 3-й групп в сравнении с 1-й группой отмечались более высокие концентрации СТх (р<0,01), остеокальцина (р<0,001) и общего кальция и активность общей щелочной фосфатазы (р<0,05). При этом исходный уровень остеокальцина у пациентов 1-й группы был ниже референсных значений (табл. 4).

Таблица 4. Динамика биохимических показателей кальций-фосфорного обмена и костного ремоделирования у пациентов исследуемых групп

Table 4. Dynamics of biochemical parameters of calcium-phosphorus metabolism and bone remodeling in patients of the studied groups

П р и м е ч а н и е. Статистически значимые отличия в соответствии с t-критерием Стьюдента (для зависимых и независимых выборок): † - p<0,05, †† - p<0,01 в сравнении с исходным уровнем; - - p<0,05, -- - p<0,01, --- - p<0,001 в сравнении с показателем пациентов из 1-й группы; * - p<0,05, ** - p<0,01 в сравнении с показателем пациентов из 2-й группы; - - значение ниже референсного уровня; ↑ - значение выше референсного уровня.

N o t e. Statistically significant differences according to the Student’s t-test: † - p<0.05, †† - p<0.01 compared to baseline; - - p<0.05, -- - p<0.01, --- - p<0.001 vs group 1; * - p<0.05, ** - p<0.01 vs group 2; - - value below the reference level; ↑ - the value is higher than the reference level.

По результатам динамического исследования выявлено повышение концентрации 25(OH)D у пациентов в 1-й и 2-й группах через 6 и 12 мес (р<0,01), притом что в контроле значимой динамики 25(OH)D не наблюдалось (р>0,05), уровень витамина D там через 6 и 12 мес оставался на уровне гиповитаминоза и был статистически значимо ниже, чем у пациентов в 1-й и 2-й группах (р<0,01, см. табл. 3). У пациентов 1-й группы, получавших антирезорбтивную терапию в комбинации с БАД, зафиксировано повышение уровня остеокальцина и общего кальция через 6 и 12 мес, а также активности щелочной фосфатазы через 6 мес (р<0,05 в сравнении с исходным уровнем на каждом этапе сравнения). В контроле отмечено возрастание в сравнении с исходным значением концентрации ПТГ через 6 (р<0,05) и 12 мес (р<0,01), а также СТх и активности щелочной фосфатазы через 12 мес (р<0,05). Средняя активность щелочной фосфатазы в 3-й группе на заключительном этапе обследования была выше референсных значений (табл. 4).

По данным денситометрического обследования, у пациентов 1-й группы, получавших БАД в сочетании с антирезорбтивной терапией, отмечено статистически значимое повышение МПК в поясничном сегменте позвоночника L₁-L₄ (р=0,024), в шейке бедренной кости (р=0,041) и в проксимальном отделе бедра в целом (р=0,045) (см. рисунок). У пациентов 2-й группы, получавших только БАД, выявлено повышение только МПК в позвоночнике (р=0,048). В 3-й группе значимого изменения значений МПК не наблюдалось.

References

1. Zhao J.G., Zeng X.T., Wang J., Liu L. Association between calcium or vitamin D supplementation and fracture incidence in community-dwelling older adults: a systematic review and meta-analysis. JAMA. 2017; 318 (24): 2466–82. DOI: https://doi.org/10.1001/jama.2017.19344

2. Wang Y., Wactawski-Wende J., Sucheston-Campbell L.E., Preus L., Hovey K.M., Nie J., et al. The influence of genetic susceptibility and calcium plus vitamin D supplementation on fracture risk. Am J Clin Nutr. 2017; 105 (4): 970–9. DOI: https://doi.org/10.3945/ajcn.116.144550

3. Lötters F.J.B., Lenoir-Wijnkoop I., Fardellone P., et al. Dairy foods and osteoporosis: an example of assessing the health-economic impact of food products. Osteoporos Int. 2013; 24 (1): 139–50. DOI:https://doi.org/10.1007/s00198-012-1998-6

4. Camacho P.M., Petak S.M., Binkley N., Diab D.L., Eldeiry L.S., Farooki A., et al. American association of clinical endocrinologists/american college of endocrinology clinical practice guidelines for the diagnosis and treatment of postmenopausal osteoporosis. 2020 Update executive summary. Endocr Pract. 2020; 26 (5): 564–70. DOI: https://doi.org/10.4158/GL-2020-0524

5. Hill K.D., Suttanon P., Lin S.I., Tsang W.W.N., Ashari A., Hamid T.A.A., et al. What works in falls prevention in Asia: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. BMC Geriatr. 2018; 18 (1): 3. DOI:https://doi.org/10.1186/s12877-017-0683-1

6. Wu H., Pang Q. The effect of vitamin D and calcium supplementation on falls in older adults: a systematic review and meta-analysis. Orthopade. 2017; 46 (9): 729–36. DOI: https://doi.org/10.1007/s00132-017-3446-y

7. Bolland M.J., Grey A., Avenell A. Effects of vitamin D supplementation on musculoskeletal health: a systematic review, meta-analysis, and trial sequential analysis. Lancet Diabetes Endocrinol. 2018; 6 (11): 847–58. DOI: https://doi.org/10.1016/S2213-8587(18)30265-1

8. Pilz S., Zittermann A., Trummer C., et al. Vitamin D testing and treatment: a narrative review of current evidence. Endocr Connect. 2019; 8 (2): R27–43. DOI:https://doi.org/10.1530/EC-18-0432

9. Papaioannou A., Kennedy C.C., Giangregorio L., Ioannidis G., Pritchard J., Hanley D.A., et al. A randomized controlled trial of vitamin D dosing strategies after acute hip fracture: no advantage of loading doses over daily supplementation. BMC Musculoskelet Disord. 2011; 12: 135. DOI: https://doi.org/101186/1471-2474-12-135

10. Marchenkova L.A., Makarova E.V. Benefits of combined calcium and vitamin D in the prevention and treatment of osteoporosis: renaissance of the paradigm. Profilakticheskaya meditsina [Preventive Medicine]. 2017; 20 (4): 57–62. DOI: https://doi.org/10.17116/profmed201720457-62 (in Russian)

11. Morris M.E. Preventing falls in older people. BMJ. 2012; 345: e4919. DOI: https://doi.org/10.1136/bmj.e4919

12. Oliver D., Daly F., Martin F.C., et al. Risk factors and risk assessment tools for falls in hospital in-patients: a systematic review. Age Ageing. 2004; 33: 122–30. DOI: https://doi.org/10.1093/ageing/afh017

13. Burton E., Lewin G., O’Connell H., Hill K.D. Falls prevention in community care: 10 years on. Clin Interv Aging. 2018; 13: 261–69. DOI: https://doi.org/10.2147/CIA

14. Sherrington C., Fairhall N.J., Wallbank G.K., Tiedemann A., Michaleff Z.A., Howard K., et al. Exercise for preventing falls in older people living in the community. Cochrane Database Syst Rev. 2019; 1: CD012424. DOI: https://doi.org/10.1002/14651858.CD012424.pub2

15. Mazurov V.I., Lesnyak O.M., Belova K.Yu., Ershova O.B., Zotkin E.G., Marchenkova L.A., et al. Algorithms for choosing the treatment of osteoporosis in the provision of primary health care and the organization of preferential drug provision for certain categories of citizens who are entitled to receive state social assistance. System review and resolution of the expert Council of the Russian Association for osteoporosis. Profilakticheskaya meditsina [Preventive Medicine]. 2019; 22 (1): 57–65. DOI: https://doi.org/10.17116/profmed20192201157 (in Russian)

16. Mel’nichenko G.A., Belaya Zh.E., Rozhinskaya L.Ya., Toroptsova N.V., Alekseeva L.I., Biryukova E.V., et al. Russian federal clinical guidelines on the diagnostics, treatment, and prevention of osteoporosis. Problemy endokrinologii [Problems of Endocrinology]. 2017; 63 (6): 392–426 (in Russian)

17. Belaya Zh.E., Rozhinskaya L.Ya., Grebennikova T.A., Kanis J.A., Pigarova E.A., Rodionova S.S., et al. Summary of the draft federal clinical guidelines for osteoporosis. Osteoporoz i osteopatii [Osteoporosis and Osteopathy]. 2020; 23 (2): 4–21. DOI: https://doi.org/10.14341/osteo12373 (in Russian)

18. Pigarova E.A., Rozhinskaya L.Ya., Belaya Zh.E., Dzeranova L.K., Karonova T.L., Il’in A.V., et al. Clinical guidelines of the Russian Association of Endocrinologists for the diagnosis, treatment and prevention of vitamin D deficiency in adults. Problemy endokrinologii [Problems ofEndocrinology]. 2016; 62 (4): 60–84. (in Russian)

19. Lesnyak O.M., Nikitinskaya O.A., Toroptsova N.V.,Belaya Zh.E., Belova K.Yu., Bordakova E.V., et al. The prevention, diagnosis, and treatment of vitamin D and calcium deficiencies in the adult population of Russia and in patients with osteoporosis (according to the materials of prepared clinical recommendations). Nauchno-prakticheskaya revmatologiya [Rheumatology Science and Practice]. 2015; 53 (4): 403–8. DOI: https://doi.org/10.14412/1995-4484-2015-403-408 (in Russian)

20. Barilko M., Tsurtsumiya D., Seliverstov P., Radchenko V. Osteomed in the practice of a general practitioner. Vrach [Physician]. 2017; (3): 37–40. (in Russian)

21. Marchenkova L.A., Dreval’ A.V., Dobritsyna M.A. The structure of clinical risk factors for osteoporosis and the level of calcium intake with food in the female population of the Moscow Region. Lechashchiy vrach [Attending Physician]. 2014; (5): 89–95. (in Russian)

22. Nikitinskaya O.A., Toroptsova N.V. The social program «Osteoskrining Russia» in action. Farmateka [Pharmateca]. 2012; (6): 90–3 (in Russian)

23. Shilin D.E., Shilin A.D., Adamyan L.V. Does the Russian population have a relationship between the risk of fractures on the FRAX scale (WHO 2008) and calcium intake? Collection of theses of the IV Russian Congress on osteoporosis. Osteoporoz i osteopatii [Osteoporosis and Osteopathy]. 2010; (1): 53–4. (in Russian)

24. Markova T.N., Markov D.S., Markelova T.N., et al. The prevalence of vitamin D deficiency and risk factors for osteoporosis in young people. Vestnik Chuvashskogo universiteta [Bulletin of the Chuvash University]. 2012; (3): 441–5 (in Russian)

25. Avdeeva V.A., Suplotova L.A., Rozhinskaya L.Ya. On the question of the prevalence of vitamin D deficiency and insufficiency. Osteoporoz i osteopatii [Osteoporosis and Osteopathy]. 2020; 23 (1): 20–1. (in Russian)

26. Karonova T.L., Grineva E.N., Nikitina I.L., et al. The prevalence of vitamin D deficiency in the Northwest region of the Russian Federation among the residents of St. Petersburg and Petrozavodsk. Osteoporoz i osteopatii [Osteoporosis and Osteopathy]. 2013; (3): 3–7. (inRussian)

27. Bergmann P., Body J., Boonen S., et al. Evidence-based guidelines for the use of biochemical markers of bone turnover in the selection and monitoring of bisphosphonate treatment in osteoporosis: a consensus document of the Belgian Bone Club. Int J Clin Pract. 2009; 63 (1): 19–26. DOI: https://doi.org/10.1111/j.1742-1241.2008.01911.x

28. Naylor K.E., Jacques R.M., Paggiosi M., Gossiel F., Peel N.F., McCloskey E.V., et al. Response of bone turnover markers to three oral bisphosphonate therapies in postmenopausal osteoporosis: the TRIO study. Osteoporos Int. 2016; 27 (1): 21–31. DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-015-3145-7

29. Chapuy M.C., Chapuy P. Biochemical effects of calcium and vitamin D supplementation in elderly institutionalized, vitamin D-deficient patients. Rev Rhum Engl Ed. 1996; 63 (2): 135–40.

30. Scopacasa F., Horowitz M., et al. Calcium supplementation suppresses bone resorption in early postmenopausal women. Calcif Tissue Int. 1998; 68: 8–12. DOI: https://doi.org/10.1007/s002239900385

31. Scragg R.K.R. Overview of results from the Vitamin D Assessment (ViDA) study. J Endocrinol Invest. 2019; 42 (12): 1391–9. DOI: https://doi.org/10.1007/s40618-019-01056-z

32. Marchenkova L.A., Makarova E.V., Vasil’eva V.A., Eremushkin M.A., Styazhkina E.M., Razvalyaeva D.V., etal. The effect of basic therapy with calcium and vitamins D₃ and В₆ on muscle strength, movement and balance functions at patients with osteoporosis undergoing medical rehabilitation. Voprosy kurortologii, fizioterapii i lechebnoy fizicheskoy kul’tury [Problems of Balneology, Physiotherapy and Therapeutic Physical Culture]. 2020; 97 (1): 25–34. DOI: https://doi.org/10.17116/kurort20209701125 (in Russian)

33. Wimalawansa S.J. Non-musculoskeletal benefits of vitamin D. J Steroid Biochem Mol Biol. 2018; 175: 60–81.DOI: https://doi.org/10.1016/j.jsbmb.2016.09.016

34. Bruyère O., Cavalier E., Reginster J.Y. Vitamin D and osteosarcopenia: an update from epidemiological studies. Curr Opin Clin Nutr Metab Care. 2017; 20 (6): 498–503. DOI:https://doi.org/10.1097/MCO.0000000000000411

Литература

1. Zhao J.G., Zeng X.T., Wang J., Liu L. Association between calcium or vitamin D supplementation and fracture incidence in community-dwelling older adults: a systematic review and meta-analysis // JAMA. 2017. Vol. 318, N 24. P. 2466-2482. DOI: https://doi.org/10.1001/jama.2017.19344

2. Wang Y., Wactawski-Wende J., Sucheston-Campbell L.E., Preus L., Hovey K.M., Nie J. et al. The influence of genetic susceptibility and calcium plus vitamin D supplementation on fracture risk // Am. J. Clin. Nutr. 2017. Vol. 105, N 4. P. 970-979. DOI: https://doi.org/10.3945/ajcn.116.144550

3. Lötters F.J.B., Lenoir-Wijnkoop I., Fardellone P. et al. Dairy foods and osteoporosis: an example of assessing the health-economic impact of food products // Osteoporos. Int. 2013. Vol. 24, N 1. P. 139-150. DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-012-1998-6

4. Camacho P.M., Petak S.M., Binkley N., Diab D.L., Eldeiry L.S., Farooki A. et al. American association of clinical endocrinologists/american college of endocrinology clinical practice guidelines for the diagnosis and treatment of postmenopausal osteoporosis. 2020 Update executive summary // Endocr. Pract. 2020. Vol. 26, N 5. P. 564-570. DOI: https://doi.org/10.4158/GL-2020-0524

5. Hill K.D., Suttanon P., Lin S.I., Tsang W.W.N., Ashari A., Hamid T.A.A. et al. What works in falls prevention in Asia: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials // BMC Geriatr. 2018. Vol. 18, N 1. P. 3. DOI: https://doi.org/10.1186/s12877-017-0683-1

6. Wu H., Pang Q. The effect of vitamin D and calcium supplementation on falls in older adults: a systematic review and meta-analysis // Orthopade. 2017. Vol. 46, N 9. P. 729-736. DOI: https://doi.org/10.1007/s00132-017-3446-y

7. Bolland M.J., Grey A., Avenell A. Effects of vitamin D supplementation on musculoskeletal health: a systematic review, meta-analysis, and trial sequential analysis // Lancet Diabetes Endocrinol. 2018. Vol. 6, N 11. P. 847-858. DOI: https://doi.org/10.1016/S2213-8587(18)30265-1

8. Pilz S., Zittermann A., Trummer C. et al. Vitamin D testing and treatment: a narrative review of current evidence // Endocr. Connect. 2019. Vol. 8, N 2. P. R27-R43. DOI: https://doi.org/10.1530/EC-18-0432

9. Papaioannou A., Kennedy C.C., Giangregorio L., Ioannidis G., Pritchard J., Hanley D.A. et al. A randomized controlled trial of vitamin D dosing strategies after acute hip fracture: no advantage of loading doses over daily supplementation // BMC Musculoskelet. Disord. 2011. Vol. 12. P. 135. DOI: https://doi.org/101186/1471-2474-12-135

10. Марченкова Л.А., Макарова Е.В. преимущества комбинации кальция и витамина D в профилактике и лечении остеопороза: ренессанс парадигмы // Профилактическая медицина. 2017. Т. 20, № 4. С. 57-62. DOI: https://doi.org/10.17116/profmed201720457-62

11. Morris M.E. Preventing falls in older people // BMJ. 2012. Vol. 345. Article ID e4919. DOI: https://doi.org/10.1136/bmj.e4919

12. Oliver D., Daly F., Martin F.C. et al. Risk factors and risk assessment tools for falls in hospital in-patients: a systematic review // Age Ageing. 2004. Vol. 33. P. 122-130. DOI: https://doi.org/10.1093/ageing/afh017

13. Burton E., Lewin G., O’Connell H., Hill K.D. Falls prevention in community care: 10 years on // Clin. Interv. Aging. 2018. Vol. 13. P. 261-269. DOI: https://doi.org/10.2147/CIA

14. Sherrington C., Fairhall N.J., Wallbank G.K., Tiedemann A., Michaleff Z.A., Howard K. et al. Exercise for preventing falls in older people living in the community // Cochrane Database Syst. Rev. 2019. Vol. 1. CD012424. DOI: https://doi.org/10.1002/14651858.CD012424.pub2

15. Мазуров В.И., Лесняк О.М., Белова К.Ю., Ершова О.Б., Зоткин Е.Г., Марченкова Л.А. и др. Алгоритмы выбора терапии остеопороза при оказании первичной медико-санитарной помощи и организации льготного лекарственного обеспечения отдельных категорий граждан, имеющих право на получение государственной социальной помощи. Системный обзор и резолюция Экспертного Совета Российской ассоциации по остеопорозу // Профилактическая медицина. 2019. Т. 22, № 1. С. 57-65. DOI: https://doi.org/10.17116/profmed20192201157

16. Мельниченко Г.А., Белая Ж.Е., Рожинская Л.Я., Торопцова Н.В., Алексеева Л.И., Бирюкова Е.В. и др. Федеральные клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике остеопороза // Проблемы эндокринологии. 2017. Т. 63. № 6. С. 392-426.

17. Белая Ж.Е., Рожинская Л.Я., Гребенникова Т.А., Kanis J.A., Пигарова Е.А., Родионова С.С. и др. Краткое изложение проекта федеральных клинических рекомендаций по остеопорозу // Остеопороз и остеопатии. 2020. Т. 23, № 2. С. 4-21. DOI: https://doi.org/10.14341/osteo12373

18. Пигарова Е.А., Рожинская Л.Я., Белая Ж.Е., Дзеранова Л.К., Каронова Т.Л., Ильин А.В. и др. Клинические рекомендации российской ассоциации эндокринологов по диагностике, лечению и профилактике дефицита витамина D у взрослых // Проблемы эндокринологии. 2016. Т. 62, № 4. С. 60-84.

19. Лесняк О.М., Никитинская О.А., Торопцова Н.В., Белая Ж.Е., Белова К.Ю., Бордакова Е.В. и др. Профилактика, диагностика и лечение дефицита витамина D и кальция у взрослого населения России и пациентов с остеопорозом (по материалам подготовленных клинических рекомендаций) // Научно-практическая ревматология. 2015. Т. 53, № 4. С. 403-408. DOI: https://doi.org/10.14412/1995-4484-2015-403-408

20. Барилко М., Цурцумия Д., Селиверстов П., Радченко В. Остеомед в практике врача-терапевта // Врач. 2017. № 3. С. 37-40.

21. Марченкова Л.А., Древаль А.В., Добрицына М.А. Структура клинических факторов риска остеопороза и уровень потребления кальция с пищей в популяции женского населения Московской области // Лечащий врач. 2014. № 5. С. 89-95.

22. Никитинская О.А., Торопцова Н.В. Социальная программа "Остеоскрининг Россия" в действии // Фарматека. 2012. № 6. С. 90-93.

23. Шилин Д.Е., Шилин А.Д., Адамян Л.В. Существует ли у населения России связь между риском переломов по шкале FRAX (ВОЗ 2008) и потреблением кальция? Сборник тезисов IV Российского конгресса по остеопорозу // Остеопороз и остеопатии. 2010. № 1. С. 53-54.

24. Маркова Т.Н., Марков Д.С., Маркелова Т.Н. и др. Распространенность дефицита витамина D и факторов риска остеопороза у лиц молодого возраста // Вестник Чувашского университета. 2012. № 3. С. 441-445.

25. Авдеева В.А., Суплотова Л.А., Рожинская Л.Я. К вопросу о распространенности дефицита и недостаточности витамина D // Остеопороз и остеопатии. 2020. Т. 23, № 1. С. 20-21

26. Каронова Т.Л., Гринева Е.Н., Никитина И.Л. и др. Распространенность дефицита витамина D в Северо-Западном регионе РФ среди жителей г. Санкт-Петербурга и г. Петрозаводска // Остеопороз и остеопатии. 2013. № 3. С. 3-7.

27. Bergmann P., Body J., Boonen S. et al. Evidence-based guidelines for the use of biochemical markers of bone turnover in the selection and monitoring of bisphosphonate treatment in osteoporosis: a consensus document of the Belgian Bone Club // Int. J. Clin. Pract. 2009. Vol. 63, N 1. P. 19-26. DOI: https://doi.org/10.1111/j.1742-1241.2008.01911.x

28. Naylor K.E., Jacques R.M., Paggiosi M., Gossiel F., Peel N.F., McCloskey E.V. et al. Response of bone turnover markers to three oral bisphosphonate therapies in postmenopausal osteoporosis: the TRIO study // Osteoporos. Int. 2016. Vol. 27, N 1. P. 21-31. DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-015-3145-7

29. Chapuy M.C., Chapuy P. Biochemical effects of calcium and vitamin D supplementation in elderly institutionalized, vitamin D-deficient patients // Rev. Rhum. Engl. Ed. 1996. Vol. 63, N 2. P. 135-140.

30. Scopacasa F., Horowitz M. et al. Calcium supplementation suppresses bone resorption in early postmenopausal women // Calcif. Tissue Int. 1998. Vol. 68. P. 8-12. DOI: https://doi.org/10.1007/s002239900385

31. Scragg R.K.R. Overview of results from the Vitamin D Assessment (ViDA) study // J. Endocrinol. Invest. 2019. Vol. 42, N 12. P. 1391-1399. DOI: https://doi.org/10.1007/s40618-019-01056-z

32. Марченкова Л.А., Макарова Е.В., Васильева В.А., Еремушкин М.А., Стяжкина Е.М., Разваляева Д.В. и др. Влияние базовой терапии кальцием и витаминами D3 и В6 на мышечную силу, функции движения и баланса у пациентов с остеопорозом, проходивших медицинскую реабилитацию // Вопросы курортологии, физиотерапии и лечебной физической культуры. 2020. Т. 97, № 1. С. 25-34. DOI: https://doi.org/10.17116/kurort20209701125

33. Wimalawansa S.J. Non-musculoskeletal benefits of vitamin D // J. Steroid Biochem. Mol. Biol. 2018. Vol. 175. P. 60-81. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jsbmb.2016.09.016

34. Bruyère O., Cavalier E., Reginster J.Y. Vitamin D and osteosarcopenia: an update from epidemiological studies // Curr. Opin. Clin. Nutr. Metab. Care. 2017. Vol. 20, N 6. P. 498-503. DOI: https://doi.org/10.1097/MCO.0000000000000411

All articles in our journal are distributed under the CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)

© GEOTAR-Media Publishing Group. The use of textual and illustrative content from this publication for the training of any artificial intelligence systems - including machine learning models and neural networks - is strictly prohibited without the prior written consent of the copyright holder.