Risk factors for carbohydrate metabolism disorders from a chronobiological position

• Аnna Е. Yuzhakova
• Alsu A. Nelaeva
• Yuliya V. Khasanova
• Irina V. Medvedeva

Abstract

A steady increase in the prevalence of carbohydrate metabolism disorders is closely related to overweight and obesity. Obesity is associated with a sedentary lifestyle, poor diet, sleep disturbance, which can lead to dysfunction of circadian rhythms with a decrease in the production of the hormone melatonin.

The aim of the study is to clarify the most significant risk factors for carbohydrate metabolism disorders in obese patients from the standpoint of chronobiology.

Material and methods. The retrospective study involved 120patients with obesity (body mass index 31.35±3.80 kg/m²) with early disorders of carbohydrate metabolism (EDCM), type 2 diabetes mellitus (T2DM) and without disorders of carbohydrate metabolism (n=40 in each group). The age of the patients was 40-69 years, of which 75% were women and 25% were men. The patients’ food diaries (for 24 hours) and Horne-Ostberg tests were analyzed. Fasting glucose, glycated hemoglobin, leptin, insulin were determined in the venous blood plasma; the insulin resistance index (HOMA-IR) was calculated, anthropometric indicators, basal body temperature (BT) were measured.

Results and discussion. Patients of all groups were comparable in age, sex, BMI. The patients had an irrational distribution of the amount of calories consumed during the day, frequent meals, and a tendency to late breakfast (9:30-10:00 h) and dinner (19:00-20:00). In all 3 groups, leptin and insulin resistance was determined. In patients with DM2 leptin and insulin deficiency was revealed, which was confirmed by the presence of negative correlations between insulin concentration and energy consumption (r=-0.817, p<0.001) and carbohydrates intake (r=-0.299, p<0.001), as well as between carbohydrate intake and leptin concentration (r=-0.221, p<0.01) and HOMA-IR (r=-0.257, p<0.005). The duration of sleep averaged 7±1 h per day, and bedtime using artificial illumination, on average, varied in the range of 22:00-23:30, which can lead to circadian mismatch, with the progression of insulin resistance. The decrease in the amplitude of the BT circadian rhythm in patients with EDCM and T2DM, as well as the presence of an inverse correlation between BT and energy consumption (r=-0.531, p<0.0001) and fat intake (r=-0.533, p<0.0001), and a positive correlation between BT and protein consumption (r=0.533, p<0.0001), may indicate the involvement of melatonin in the development and progression of disorders of carbohydrate metabolism.

Conclusion. The most significant risk factors for the development of disorders of carbohydrate metabolism, accompanied by circadian dysfunction in the surveyed, include irrational distribution of the energy value of food during the day, frequent meals, late breakfast and dinner; shifting the time of going to bed, shortening the duration of sleep, exposure to artificial lighting in the evening.

Keywords:circadian rhythms, risk factors for carbohydrate metabolism disorders

References

1. International Diabetes Federation Atlas. 2019. URL: https://www.idf.org/#

2. Algorithms for specialized medical care for patients with diabetes mellitus. In: I.I. Dedov, M.V. Shestakova, A.Yu. Mayorov (eds). 9th ed. Moscow: Print, 2019: 211 р. DOI: https://doi.org/10.14341/DM221S1 (in Russian)

3. Onaolapo A.Y., Onaolapo O.J. Сircadian dysrhythmia-linked diabetes mellitus: examining melatonin’s roles in prophylaxis and management. World J Diabetes. 2018; 9 (7): 99–114. DOI: https://doi.org/10.4239/wjd.v9.i7.99

4. Kiehn J.T., Koch C.E., Walter M., Brod A., Oster H. Circadian rhythms and clocks in adipose tissues: current insights. Chronophysiol Ther. 2017; 7: 7–17. DOI: https://doi.org/10.2147/CPT.S116242

5. Nas A., Mirza N., Hägele F., Kahlhöfer J., Keller J., Rising R., et al. Impact of breakfast skipping compared with dinner skipping on regulation of energy balance and metabolic risk. Am J Clin Nutr. 2017; 105 (6): 1351–61. DOI: https://doi.org/10.3945/ajcn.116.151332

6. Bass J., Takahashi J.S. Circadian integration of metabolism and energetics. Science. 2010; 330: 1349–54. DOI: https://doi.org/10.1126/science.1195027

7. Li M.D., Li C.M., Wang Z. The role of circadian clocks in metabolic disease. Yale J Biol Med. 2012; 85: 387–401.

8. Bandin C., Scheer F.A., Luque A.J., Ávila-Gandía V., Zamora S., Madrid J.A., et al. Meal timing affects glucose tolerance, substrate oxidation and circadian-related variables: a randomized, crossover trial. Int J Obes (Lond). 2015; 39 (5): 828–33. DOI: https://doi.org/10.1038/ijo.2014.182

9. Poggiogalle E., Jamshed H., Peterson C.M. Circadian regulation of glucose, lipid, and energy metabolism in humans. Metabolism. 2018; 84: 11–27. DOI: https://doi.org/10.1016/j.metabol.2017.11.017

10. Leung G.K.W., Huggins C.E., Bonham M.P. Effect of meal timing on postprandial glucose responses to a low glycemic index meal: a crossover trial in healthy volunteers. Clin Nutr. 2019; 38 (1): 465–71. DOI: https://doi.org/10.1016/j.clnu.2017.11.010

11. Ando T., Nakae S., Usui C., Yoshimura E., Nishi N., Takimoto H., et al. Effect of diurnal variations in the carbohydrate and fat composition of meals on postprandial glycemic response in healthy adults: a novel insight for the second-meal phenomenon. Am J Clin Nutr. 2018; 108 (2): 332–42. DOI: https://doi.org/10.1093/ajcn/nqy086

12. Sato A., Ohtsuka Y., Yamanaka Y. Morning mastication enhances postprandial glucose metabolism in healthy young subjects. Tohoku J Exp Med. 2019; 249 (3): 193–201. DOI: https://doi.org/10.1620/tjem.249.193

13. Fukushige H., Fukuda Y., Tanaka M., Inami K., Wada K., Tsumura Y., et al. Effects of tryptophan-rich breakfast and light exposure during the daytime on melatonin secretion at night. J Physiol Anthropol. 2014; 33 (1): 33. DOI: https://doi.org/10.1186/1880-6805-33-33

14. Albreiki M.S., Middleton B., Hampton S.M. A single night light exposure acutely alters hormonal and metabolic responses in healthy participants. Endocr Connect. 2017; 6 (2): 100–10. DOI: https://doi.org/10.1530/EC-16-0097

15. Gil-Lozano M., et al. Short-term sleep deprivation with nocturnal light exposure alters time-dependent glucagon-like peptide-1 and insulin secretion in male volunteers. Am J Physiol Endocrinol Metab. 2016; 310 (1): E41–50. DOI: https://doi.org/10.1152/ajpendo.00298.2015

16. Sridhar G.R., Sanjana N.S. Sleep, circadian dysrhythmia, obesity and diabetes. World J Diabetes. 2016; 7: 515–22. DOI: https://doi.org/10.4239/wjd.v7.i19.515

17. Eckel-Mahan K., Sassone-Corsi P. Metabolism and the circadian clock converge. Physiol Rev. 2013; 93: 107–35. DOI: https://doi.org/10.1152/physrev.00016.2012

18. Lou P., Chen P., Zhang L., Zhang P., Yu J., Zhang N., et al. Relation of sleep quality and sleep duration to type 2 diabetes: a population-based cross-sectional survey. BMJ. 2012; 2: 956. DOI: https://doi.org/10.1136/bmjopen-2012-000956

19. Leproult R., Holmback U., Van Cauter E. Circadian misalignment augments markers of insulin resistance and inflammation, independently of sleep loss. Diabetes. 2014; 63 (6): 1860–9. DOI: https://doi.org/10.2337/db13-1546

20. Yuzhakova A.E., Nelaeva A.A., Khasanova Yu.V. Development of carbohydrate metabolism disorder from the perspective of chronobiology. Meditsinskiy sovet [Medical Council]. 2018; (4): 42–7. DOI: https://doi.org/10.21518/2079-701X-2018-4-42-47 (in Russian)

21. Baranovski A.Yu, Pal’gova L.K, Kondrashina E.A, Rayhel’son K.L, Marchenko N.V, Nazarenko L., et al. Nutrition. A guide. 5th ed. Saint Petersburg: Piter, 2017: 1104 p. (in Russian)

22. Tsibulskaya N.Yu., Polikarpov L.S., Petrova M.M. Clinical and hemodynamic characteristics of hypertensive patients with various circadian biorhythms. Sibirskiy meditsinskiy zhurnal [Siberian Medical Journal (Tomsk)]. 2013; 28 (1): 34–8. (in Russian)

23. Jakubowicz D., Barnea M., Wainstein J., Froy O. Effects of caloric intake timing on insulin resistance and hyperandrogenism in lean women with polycystic ovary syndrome. Clin Sci (Lond). 2013; 125 (9): 423–32. DOI: https://doi.org/10.1042/CS20130071

24. Rabinovitz H.R., Boaz M., Ganz T., Jakubowicz D., Matas Z., Madar Z., et al. Big breakfast rich in protein and fat improves glycemic control in type 2 Diabetics. Obesity (Silver Spring). 2014; 22 (5): E46–54. DOI: https://doi.org/10.1002/oby.20654

25. Cribbet M.R., Logan R.W., Edwards M.D., Hanlon E., Bien Peek C., Stubblefield J.J., et al. Circadian rhythms and metabolism: from the brain to the gut and back again. Ann N Y Acad Sci. 2016; 1385: 21–40. DOI: https://doi.org/10.1111/nyas.13188

26. Sato M., Nakamura K., Ogata H., Miyashita A., Nagasaka S., Omi N., et al. Acute effect of late evening meal on diurnal variation of blood glucose and energy metabolism. Obes Res Clin Pract. 2011; 5 (3): e169–266. DOI: https://doi.org/10.1016/j.orcp.2011.02.001

27. Carrasco-Benso M.P., Rivero‐Gutierrez B., Lopez‐Minguez J., Anzola A., Diez‐Noguera A., Madrid J.A., et al. Human adipose tissue expresses intrinsic circadian rhythm in insulin Sensitivity. FASEB J. 2016; 30 (9): 3117–23. DOI: https://doi.org/10.1096/fj.201600269RR

28. McHill A.W., Melanson E.L., Higgins J., Connick E., Moehlman T.M., Stothard E.R., et al. Impact of circadian misalignment on energy metabolism during simulated nightshift work. Proc Natl Acad Sci USA. 2014; 111 (48): 17 302–7. DOI: https://doi.org/10.1073/pnas.1412021111

29. Hutchison A.T., Wittert G.A., Heilbronn L.K. Matching meals to body clocks-impact on weight and glucose metabolism. Nutrients. 2017; 9: E222. DOI: https://doi.org/10.3390/nu9030222

30. Cheung I.N., Zee P.C., Shalman D., Malkani R.G., Kang J., Reid K.J. Morning and evening blue-enriched light exposure alters metabolic function in normal weight adults. PLoS One. 2016; 11 (5): e0155601. DOI: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0155601

31. McFadden E., Jones M.E., Schoemaker M.J., Ashworth A., Swerdlow A.J. The relationship between obesity and exposure to light at night: cross-sectional analyses of over 100,000 women in the breakthrough generations study. Am J Epidemiol. 2014; 180 (3): 245–50. DOI: https://doi.org/10.1093/aje/kwu117

32. Obayashi K., Saeki K., Iwamoto J., Ikada Y., Kurumatani N. Independent associations of exposure to evening light and nocturnal urinary melatonin excretion with diabetes in the elderly. Chronobiol Int. 2014; 31 (3): 394–400. DOI: https://doi.org/10.3109/07420528.2013.864299

Распределение белков, жиров, углеводов по калорийности в рационах питания пациентов контрольной группы (А), с ранними нарушениями углеводного обмена (Б) и сахарным диабетом 2 типа (В)

РНУО - ранние нарушения углеводного обмена; СД2 - сахарный диабет 2 типа.

Calorie content of proteins, fats and carbohydrates in the diets of patients in the control group (A), with early disorders of carbohydrate metabolism (B) and type 2 diabetes mellitus (C) proteins fats carbohydrates

EDCM - early disorders of carbohydrate metabolism; T2DM - type 2 diabetes mellitus.

Для лучшего суточного контроля уровня гликемии при СД H.R. Rabinovitz и соавт. рекомендуют употреблять на завтрак продукты, насыщенные белком и жирами, что в свою очередь может привести к снижению уровня HbA1c на 0,32% [24]. В анализируемых дневниках питания, к сожалению, завтрак чаще был представлен продуктами с преобладанием углеводов. G.K.W. Leung и соавт. предположили, что суточные колебания уровня глюкозы в крови зависят от последовательности приема углеводов с разным гликемическим индексом. Так, суточные колебания концентрации глюкозы в крови максимальны при приеме пищи с более высоким содержанием углеводов вслед за приемом пищи с более низким содержанием углеводов [10]. Данный факт в дальнейшем, по-видимому, следует учитывать в рекомендациях по питанию для пациентов с нарушениями углеводного обмена.

Режим питания у обследованных состоял из 3 основных и 2-3 дополнительных приемов пищи, интервалы между ними в среднем не превышали 2-3 ч. Такой режим питания, по данным некоторых зарубежных авторов, поддерживает в организме состояние ИР и лептинорезистентности [10]. Имеются исследования, в которых для оптимального контроля уровня глюкозы крови рекомендуется 3-разовый прием пищи в течение суток, с обязательным завтраком, чтобы не провоцировать усиление ИР и не повышать уровень постпрандиальной гликемии в обеденные часы (за счет снижения постпрандиальной инсулинемии, увеличения концентрации глюкагона) [5]. В настоящее время нельзя отрицать тот факт, что время приема пищи играет важную роль в поддержании суточного гомеостаза уровня глюкозы крови [16, 25]. В группах обследуемых отмечена тенденция к более позднему завтраку (9:30-10:00) и ужину (19:00-20:00). В свою очередь, это может усугублять состояние ИР и служить еще одним фактором развития нарушений углеводного обмена. Так, в исследовании C. Bandin и соавт. смещение обеда с 13:00 на 16:30 способствовало повышению уровня глюкозы на 46% [8]. В другом исследовании сообщалось, что смещение времени ужина с 19:00 на 22:30 провоцировало состояние гипергликемии не только после ужина, но и после завтрака следующего дня, что сопровождалось повышением суточного уровня глюкозы на 7-8% [26]. Прием пищи в ночное время, даже если он состоит из продуктов с низким гликемическим индексом, способствует более высокому уровню глюкозы и сопутствующему большему уровню инсулина по сравнению с эквивалентным приемом пищи утром [8].

Известно, что у лиц с ожирением суточные ритмы толерантности к глюкозе, уровни инсулина и периферической чувствительности к инсулину ослаблены, а при развитии СД2 суточный ритм периферической чувствительности к инсулину отсутствует [27]. Так, и у обследованных нами пациентов во всех 3 группах определялись лептинорезистентность и ИР с нарушением гомеостаза глюкозы крови в период бодрствования в группе пациентов с РНУО и на протяжении 24-часового наблюдения в группе пациентов с СД2. При этом в группе пациентов с СД2 по сравнению с РНУО отмечалось развитие инсулино- и лептинодефицита: НОМА-IR составил 4,2±0,1 против 2,5±0,2 (р<0,05), а концентрация лептина - 9,15±0,46 против 15,63±0,46 (р<0,001) [20]. На это могут указывать и полученные отрицательные корреляции в группе пациентов с СД2 между концентрацией инсулина и потреблением энергии (r=-0,817, р<0,0001) и углеводов (r=-0,299, р<0,001), а также между потреблением углеводов и концентрацией лептина (r=-0,221, р<0,01) и НОМА-IR (r=-0,257, р<0,005).

Во всех 3 группах продолжительность сна в среднем составила 7±1 ч/сут, отход ко сну в среднем осуществлялся в интервале 22:00-23:30. Известно, что эпизоды позднего засыпания могут приводить к циркадному рассогласованию и усугублять ИР [28]. Фазовые сдвиги во времени сна, даже когда продолжительность сна поддерживается постоянной, также вызывают циркадное смещение, ведущее к метаболической дисфункции. Несвоевременный сон ухудшает уровень глюкозы крови [19]. При смещении суточного ритма отхода ко сну пик мелатонина сдвигается на начало пробуждения, уменьшается общее время сна, а за счет ИР в утренние часы происходит нарастание постпрандиальной гипергликемии в обеденное время. Это объясняется тем, что циркадная система влияет на I фазу секреции инсулина через супрахиазматические ядра (СХЯ) и мелатониновые рецепторы (МТ1 и МТ2). Таким образом, рост ГН и постпрандиальной гипергликемии на фоне циркадного рассогласования главным образом происходит за счет нарастания ИР, а не из-за снижения функции β-клеток [29]. А продолжительное воздействие искусственного освещения у обследуемых перед сном также может провоцировать смещение циркадных ритмов выработки гормонов. Так, в ряде рандомизированных контролируемых исследований показано, что острое воздействие яркого света (>500-600 люкс) в вечернее время повышает резистентность к инсулину и уровень постпрандиального инсулина, глюкозы [14, 15]. Такие же данные приведены и относительно яркого воздействия синего света (370 люкс) [30]. В поперечном анализе данных более 100 тыс. женщин было установлено, что яркий свет в комнате во время сна был сильно связан с более высокими ИМТ, ОТ и соотношением ОТ/ОБ [31]. Кроме того, повышенная экспозиция к свету в вечернее время (18-38 люкс) была связана с увеличением распространенности СД на 51% [32].

Известно, что цикл свет/темнота - главный внешний синхронизатор циркадной ритмичности гормона мелатонина. Гормон оказывает эффект на системном, тканевом, клеточном и субклеточном уровнях. В целом секреция мелатонина влияет на ритм сердечно-сосудистой, иммунной, эндокринной системы, оказывает благоприятные эффекты на углеводный и жировой обмен. Действие мелатонина максимально выражено в темное время суток в интервале с 2 до 6 ч утра, а минимальные значения регистрируются в вечернее время. Благодаря гипотермическим свойствам мелатонин оказывает прямое влияние на циркадианный ритм БТ тела. Следуя суточному ритму, минимальная БТ отмечается утром, в интервале с 2 до 6 ч, а максимальное значение достигается вечером около 18:00 [20]. Очень часто именно измерение БТ используют в качестве исследования уровня мелатонина в организме человека в связи с доступностью этого метода.

В норме циркадный ритм концентрации глюкозы подобен ритму инсулина: подъем уровня глюкозы в крови совпадает с пробуждением (в результате активации гипоталамо-печеночной связи опосредованно, через мелатонин, с включением глюконеогенеза). Максимальные значения регистрируются в дневное время, минимальные - в ночные часы. Эти колебания согласуются с системой СХЯ и зависят от чувствительности тканей к инсулину (жировая ткань, скелетные мышцы, печень). В целом дневной гомеостаз глюкозы регулируется рецепторами МТ1 и МТ2, расположенными в поджелудочной железе [29].

У лиц, обследованных нами, в группе контроля и СД2 было выявлено снижение амплитуды циркадного ритма БТ. При РНУО уровень БТ не соответствовал нормальным значениям, а в группе пациентов с СД2 он был выше на протяжении всего дня (р<0,0001), как нами было показано ранее [20]. Во всех 3 группах выявлена обратная корреляция между БТ и потреблением энергии (r=-0,531, р<0,0001) и жиров (r=-0,533, р<0,0001) и положительная с потреблением белка (r=0,533, р<0,0001), указывающая на нарушение процессов теплопродукции и теплоотдачи, что в свою очередь может свидетельствовать о вовлеченности гормона мелатонина в развитие и прогрессирование нарушений углеводного обмена. Полученные данные циркадных изменений можно отнести к факторам, провоцирующим прогрессирование ИР с ухудшением гликемического контроля. В совокупности такие данные показывают, что циркадная система играет всепроникающую роль в регулировании метаболизма в организме человека.

Выводы

К наиболее значимым факторам риска развития нарушений углеводного обмена, сопровождающихся циркадной дисфункцией у обследованных, можно отнести следующие.

1. Нарушения питания - частые приемы пищи, смещение времени приема пищи, с поздним завтраком и ужином, нерациональное распределение энергетической ценности пищи в течение дня, избыток в рационе белка и быстроусвояемых углеводов, включая фруктозу, несоблюдение последовательности приема продуктов с различным гликемическим индексом. Это усугубляет состояние ИР и лептинорезистентности как у пациентов с ожирением без нарушений углеводного обмена, так и с РНУО, а у больных СД2 может провоцировать развитие дефицита инсулина и лептина.

2. Нарушение сна с укорочением его продолжительности, смещением времени отхода ко сну и воздействием искусственного освещения в вечернее время смещает циркадные ритмы сна, провоцирует избыточное накопление жировой ткани, нарушает ритмичную секрецию мелатонина, что провоцирует нарушение контроля за уровнем гликемии в течение суток не только у пациентов с СД2, но уже и при РНУО.

Литература

1. International Diabetes Federation Atlas. 2019. URL: https://www.idf.org/#

2. Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным сахарным диабетом / под ред. И.И. Дедова, М.В. Шестаковой, А.Ю. Майорова. 9-й вып. доп. Москва : Принт, 2019. 211 с. DOI: https://doi.org/10.14341/DM221S1

3. Onaolapo A.Y., Onaolapo O.J. Сircadian dysrhythmia-linked diabetes mellitus: examining melatonin’s roles in prophylaxis and management // World J. Diabetes. 2018. Vol. 9, N 7. P. 99-114. DOI: https://doi.org/10.4239/wjd.v9.i7.99

4. Kiehn J.T., Koch C.E., Walter M., Brod A., Oster H. Circadian rhythms and clocks in adipose tissues: current insights // Chronophysiol. Ther. 2017. Vol. 7. Р. 7-17. DOI: https://doi.org/10.2147/CPT.S116242

5. Nas A., Mirza N., Hägele F., Kahlhöfer J., Keller J., Rising R. et al. Impact of breakfast skipping compared with dinner skipping on regulation of energy balance and metabolic risk // Am. J. Clin. Nutr. 2017. Vol. 105, N 6. Р. 1351-1361. DOI: https://doi.org/10.3945/ajcn.116.151332

6. Bass J., Takahashi J.S. Circadian integration of metabolism and energetics // Science. 2010. Vol. 330. Р. 1349-1354. DOI: https://doi.org/10.1126/science.1195027

7. Li M.D., Li C.M., Wang Z. The role of circadian clocks in metabolic disease // Yale J. Biol. Med. 2012. Vol. 85. Р. 387-401.

8. Bandin C., Scheer F.A., Luque A.J., Ávila-Gandía V., Zamora S., Madrid J.A. et al. Meal timing affects glucose tolerance, substrate oxidation and circadian-related variables: a randomized, crossover trial // Int. J. Obes. (Lond.). 2015. Vol. 39, N 5. Р. 828-833. DOI: https://doi.org/10.1038/ijo.2014.182

9. Poggiogalle E., Jamshed H., Peterson C.M. Circadian regulation of glucose, lipid, and energy metabolism in humans // Metabolism. 2018. Vol. 84. Р. 11-27. DOI: https://doi.org/10.1016/j.metabol.2017.11.017

10. Leung G.K.W., Huggins C.E., Bonham M.P. Effect of meal timing on postprandial glucose responses to a low glycemic index meal: a crossover trial in healthy volunteers // Clin. Nutr. 2019. Vol. 38, N 1. Р. 465-471. DOI: https://doi.org/10.1016/j.clnu.2017.11.010

11. Ando T., Nakae S., Usui C., Yoshimura E., Nishi N., Takimoto H. et al. Effect of diurnal variations in the carbohydrate and fat composition of meals on postprandial glycemic response in healthy adults: a novel insight for the second-meal phenomenon // Am. J. Clin. Nutr. 2018. Vol. 108, N 2. Р. 332-342. DOI: https://doi.org/10.1093/ajcn/nqy086

12. Sato A., Ohtsuka Y., Yamanaka Y. Morning mastication enhances postprandial glucose metabolism in healthy young subjects // Tohoku J. Exp. Med. 2019. Vol. 249, N 3. Р. 193-201. DOI: https://doi.org/10.1620/tjem.249.193

13. Fukushige H., Fukuda Y., Tanaka M., Inami K., Wada K., Tsumura Y. et al. Effects of tryptophan-rich breakfast and light exposure during the daytime on melatonin secretion at night // J. Physiol. Anthropol. 2014. Vol. 33, N 1. Р. 33. DOI: https://doi.org/10.1186/1880-6805-33-33

14. Albreiki M.S., Middleton B., Hampton S.M. A single night light exposure acutely alters hormonal and metabolic responses in healthy participants // Endocr. Connect. 2017. Vol. 6, N 2. Р. 100-110. DOI: https://doi.org/10.1530/EC-16-0097

15. Gil-Lozano M. et al. Short-term sleep deprivation with nocturnal light exposure alters time-dependent glucagon-like peptide-1 and insulin secretion in male volunteers // Am. J. Physiol. Endocrinol. Metab. 2016. Vol. 310, N 1. Р. E41-E50. DOI: https://doi.org/10.1152/ajpendo.00298.2015

16. Sridhar G.R., Sanjana N.S. Sleep, circadian dysrhythmia, obesity and diabetes // World J. Diabetes. 2016. Vol. 7. Р. 515-522. DOI: https://doi.org/10.4239/wjd.v7.i19.515

17. Eckel-Mahan K., Sassone-Corsi P. Metabolism and the circadian clock converge // Physiol. Rev. 2013. Vol. 93. Р. 107-135. DOI: https://doi.org/10.1152/physrev.00016.2012

18. Lou P., Chen P., Zhang L., Zhang P., Yu J., Zhang N. et al. Relation of sleep quality and sleep duration to type 2 diabetes: a population-based cross-sectional survey // BMJ. 2012. Vol. 2. Р. 956. DOI: https://doi.org/10.1136/bmjopen-2012-000956

19. Leproult R., Holmback U., Van Cauter E. Circadian misalignment augments markers of insulin resistance and inflammation, independently of sleep loss // Diabetes. 2014. Vol. 63, N 6. Р. 1860-1869. DOI: https://doi.org/10.2337/db13-1546

20. Южакова А.Е., Нелаева А.А., Хасанова Ю.В. Развитие нарушений углеводного обмена с позиций хронобиологии // Медицинский совет. 2018. № 4. С. 42-47. DOI: https://doi.org/10.21518/2079-701X-2018-4-42-47

21. Барановский А.Ю., Пальгова Л.К., Кондрашина Э.А., Райхельсон К.Л., Марченко Н.В., Назаренко Л. и др. Диетология : руководство. 5-е изд. Санкт-Петербург : Питер, 2017. 1104 с.

22. Цибульская Н.Ю., Поликарпов Л.С., Петрова М.М. Клинико-гемодинамическая характеристика больных гипертонической болезнью c различными суточными биоритмами // Сибирский медицинский журнал (Томск). 2013. Т. 28, № 1. С. 34-38.

23. Jakubowicz D., Barnea M., Wainstein J., Froy O. Effects of caloric intake timing on insulin resistance and hyperandrogenism in lean women with polycystic ovary syndrome // Clin. Sci. (Lond.). 2013. Vol. 125, N 9. Р. 423-432. DOI: https://doi.org/10.1042/CS20130071

24. Rabinovitz H.R., Boaz M., Ganz T., Jakubowicz D., Matas Z., Madar Z. et al. Big breakfast rich in protein and fat improves glycemic control in type 2 Diabetics // Obesity (Silver Spring). 2014. Vol. 22, N 5. Р. E46-E54. DOI: https://doi.org/10.1002/oby.20654

25. Cribbet M.R., Logan R.W., Edwards M.D., Hanlon E., Bien Peek C., Stubblefield J.J. et al. Circadian rhythms and metabolism: from the brain to the gut and back again // Ann. N. Y. Acad. Sci. 2016. Vol. 1385. Р. 21-40. DOI: https://doi.org/10.1111/nyas.13188

26. Sato M., Nakamura K., Ogata H., Miyashita A., Nagasaka S., Omi N. et al. Acute effect of late evening meal on diurnal variation of blood glucose and energy metabolism // Obes. Res. Clin. Pract. 2011. Vol. 5, N 3. Р. e169-e266. DOI: https://doi.org/10.1016/j.orcp.2011.02.001

27. Carrasco-Benso M.P., Rivero‐Gutierrez B., Lopez‐Minguez J., Anzola A., Diez‐Noguera A., Madrid J.A. et al. Human adipose tissue expresses intrinsic circadian rhythm in insulin Sensitivity // FASEB J. 2016. Vol. 30, N 9. Р. 3117-3123. DOI: https://doi.org/10.1096/fj.201600269RR

28. McHill A.W., Melanson E.L., Higgins J., Connick E., Moehlman T.M., Stothard E.R. et al. Impact of circadian misalignment on energy metabolism during simulated nightshift work // Proc. Natl Acad. Sci. USA. 2014. Vol. 111, N 48. Р. 17 302-17 307. DOI: https://doi.org/10.1073/pnas.1412021111

29. Hutchison A.T., Wittert G.A., Heilbronn L.K. Matching meals to body clocks-impact on weight and glucose metabolism // Nutrients. 2017. Vol. 9. Р. E222. DOI: https://doi.org/10.3390/nu9030222

30. Cheung I.N., Zee P.C., Shalman D., Malkani R.G., Kang J., Reid K.J. Morning and evening blue-enriched light exposure alters metabolic function in normal weight adults // PLoS One. 2016. Vol. 11, N 5. Article ID e0155601. DOI: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0155601

31. McFadden E., Jones M.E., Schoemaker M.J., Ashworth A., Swerdlow A.J. The relationship between obesity and exposure to light at night: cross-sectional analyses of over 100,000 women in the breakthrough generations study // Am. J. Epidemiol. 2014. Vol. 180, N 3. Р. 245-250. DOI: https://doi.org/10.1093/aje/kwu117

32. Obayashi K., Saeki K., Iwamoto J., Ikada Y., Kurumatani N. Independent associations of exposure to evening light and nocturnal urinary melatonin excretion with diabetes in the elderly // Chronobiol. Int. 2014. Vol. 31, N 3. Р. 394-400. DOI: https://doi.org/10.3109/07420528.2013.864299

All articles in our journal are distributed under the CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)

© GEOTAR-Media Publishing Group. The use of textual and illustrative content from this publication for the training of any artificial intelligence systems - including machine learning models and neural networks - is strictly prohibited without the prior written consent of the copyright holder.