Взаимосвязь между пищевым поведением и частотой потребления продуктов с мягкой текстурой людьми старшего возраста

Борисенков Михаил Федорович; Попов Сергей Владимирович; Смирнов Василий Витальевич; Дорогина Ольга Ивановна; Печеркина Анна Александровна; Сыманюк Эльвира Эвальдовна

Резюме

Предпочтение пищи с мягкой текстурой (МТ) и нарушение пищевого поведения связаны с перееданием, что является фактором риска ожирения. Связь между этими показателями у людей старшего возраста изучена недостаточно.

Цель данного исследования - проверка гипотезы о существовании взаимосвязи между частотой потребления продуктов с МТ и твердой текстурой (ТТ), состоянием зубов и пищевым поведением у людей старшего возраста.

Материал и методы. В анкетном онлайн-опросе приняли участие 634 человека в возрасте от 50 до 95 лет (медиана 70 [65; 75], среди них женщины - 78,1%), которые указали свой пол, возраст, рост, массу тела, место проживания, уровень дохода, образование и состояние зубов. Потребление продуктов с МТ и ТТ определяли по частоте потребления 24 продуктов (по 12 в каждой группе), из них 7 пар продуктов были близки по вкусу и составу, но различались по текстуре. Фактическое потребление продуктов с МТ и ТТ (порций в сутки) за прошедший месяц оценивали, используя частотный опросник количественной оценки питания с иллюстрацией стандартной порции продуктов. Частоту потребления выражали как сумму съеденных за сутки порций продуктов каждой категории. С помощью Голландского опросника пищевого поведения определяли выраженность ограничительного (ОГР), экстернального (ЭКС) и эмоционального (ЭМО) пищевого поведения участников, а с помощью Йельской шкалы пищевой зависимости - пищевую зависимость (ПЗ). Для оценки связи между показателями использовали логистический регрессионный анализ, вычисляли отношение шансов (ОШ) и 95% доверительный интервал (ДИ).

Результаты. У людей из возрастных групп 50-95 [ОШ (95% ДИ) 1,37 (1,10-1,70), р=0,004] и 50-69 лет [1,57 (1,14-2,18), р=0,006) отмечена положительная связь между состоянием зубов и потреблением продуктов с ТТ. В возрастной группе 70-95 лет отмечена положительная связь между потреблением продуктов с МТ и индексом массы тела [1,38 (1,00-1,89), р=0,048]. В возрастной группе 50-95 лет отмечена положительная связь между потреблением продуктов с МТ и ЭКС [1,78 (1,34-2,38), р<0,001], а также ПЗ [1,21 (1,04-1,40), р=0,013] и отрицательная связь между потреблением продуктов с МТ и ОГР [0,72 (0,58-0,89), р=0,002]. В возрастной группе 50-69 лет также отмечена положительная связь между потреблением продуктов с МТ и ЭКС [2,14 (1,41-3,26), р<0,001] и отрицательная с ОГР [0,64 (0,48-0,87), р=0,004].

Заключение. У людей старшего возраста состояние зубов является фактором, связанным с потреблением пищи с ТТ, а ЭКС и ОГР типы пищевого поведения, ПЗ и индекс массы тела - с потреблением продуктов с МТ.

Ключевые слова: текстурные предпочтения; состояние зубов; пищевая зависимость; экстернальное пищевое поведение; люди старшего возраста

Текстура пищи является одним из свойств, оказывающих существенное влияние на различные аспекты пищевого поведения человека. Она влияет на предпочтения людей в выборе пищи и модулирует насыщающий эффект продуктов [1, 2]. Восприятие текстуры в значительной степени зависит как от свойств самой пищи, так и от индивидуальных особенностей человека [3, 4]. При потреблении пищи с мягкой текстурой (МТ) отмечено снижение частоты жевательных движений [5], увеличение потребления пищи и энергии [6, 7], что может привести к увеличению риска ожирения.

Роль текстуры пищи в нарушении пищевых предпочтений и пищевого поведения пожилых людей изучена недостаточно, несмотря на ее актуальность. В исследованиях, проведенных в России, было показано, что максимальная частота выявления лиц с избыточной массой тела и ожирением наблюдается в возрастной группе 50 лет и старше [8-10]. У лиц пожилого возраста отмечена положительная связь между риском ожирения и нарушением пищевого поведения [10]. Причем эта связь в большей степени выражена у мужчин и в возрастной группе 50-69 лет. У пожилых людей текстурные предпочтения определяются утратой части зубов и снижением силы жевательных мышц, обусловленной возрастной атрофией мышц [11]. Все эти изменения должны приводить к преобладанию мягкой пищи в рационе пожилых людей.

Цель данного исследования - проверка гипотезы о существовании взаимосвязи между частотой потребления продуктов с твердой текстурой (ТТ) и МТ, состоянием зубов и пищевым поведением у людей старшего возраста.

Материал и методы

Дизайн и участники исследования

В исследовании, проведенном с января 2025 г. по март 2026 г., приняли добровольное и анонимное участие лица, проживающие в Сыктывкаре, Екатеринбурге и в Свердловской области. Информацию об исследовании распространяли научные сотрудники и преподаватели. Анкетирование проводили онлайн с использованием сервиса Google Forms. Все участники заполняли анкеты самостоятельно. Объем выборки рассчитывали, как описано в работе [12]. При величине эффекта 0,5 и статистической мощности 0,9 общий объем выборки должен быть не менее 420.

Критерии включения: люди в возрасте 50-95 лет, давшие согласие на участие.

Критерии исключения: люди с психическими расстройствами, расстройствами пищевого поведения, нарушениями обмена веществ.

Всего было собрано 670 анкет, из них 36 (5,4%) содержали ошибки или пропуски и поэтому были исключены из анализа. Итоговая база данных включала 634 анкеты. Возраст участников исследования составил (медиана, 1-й; 3-й квартили): 70 [65; 75] лет, диапазон: 50-95 лет, женщины: 78,1%. Данное исследование было одобрено локальным этическим комитетом ИФ ФИЦ Коми НЦ УрО РАН (протокол от 26 марта 2019 г.). Все участники дали письменное информированное согласие на участие в исследовании.

Инструменты

Каждый участник исследования указал свои личные данные, ответил на вопросы, касающиеся состояния зубов, а также заполнил тест для оценки частоты потребления продуктов с МТ и ТТ, Йельскую шкалу пищевой зависимости (YFAS) [13] и Голландский опросник пищевого поведения (DEBQ) [14].

Личные данные. Каждый участник указал место проживания (тип населенного пункта: село, город, мегаполис), образование (среднее, среднее специальное, высшее) и уровень дохода. Для оценки уровня дохода участникам предлагали ответить на вопрос "К какой из 5 категорий он/она могут себя отнести":

1. Денег не хватает на самое необходимое, нуждаюсь.

2. Денег хватает только на питание, едва хватает от пенсии/зарплаты до пенсии/зарплаты.

3. Денег хватает на продукты питания, но покупка одежды - серьезная проблема.

4. На питание и одежду денег хватает, но купить крупную бытовую технику (телевизор, холодильник) было бы трудно.

5. Денег хватает, чтобы ни в чем себе не отказывать.

Участники также указали свои персональные данные (пол, возраст, рост, массу тела). Рост и массу тела использовали для расчета индекса массы тела (ИМТ). Выделены 2 категории участников на основе ИМТ: а) лица с недостаточной/нормальной массой тела (ИМТ <24,9 кг/м²); б) лица с избыточной массой тела/ожирением (ov/ob - overweight/obesity) (ИМТ >25 кг/м²).

Оценка состояния зубов. Для оценки состояния зубов участникам было предложено ответить на вопрос "Сколько у вас своих здоровых зубов". Варианты ответа варьировали в диапазоне от 0 до 32. В тех случаях, когда в ответах была дана качественная оценка состояния зубов, для перевода их в количественные показатели использовали следующие правила: если в анкете указано "все", респондента относили к группе лиц с максимальным количеством зубов; "вставные зубы", "импланты" и т.д. - к группе с минимальным количеством зубов. Для качественной оценки состояния зубов выделяли тертили: 1-я тертиль (от 0 до 16 здоровых зубов) соответствовала неудовлетворительному состоянию зубов; 2-я тертиль (от 17 до 27 здоровых зубов) - удовлетворительному, а 3-я (от 28 до 32 здоровых зубов) - хорошему.

Потребление продуктов с мягкой и твердой текстурой. В соответствии с методикой, предложенной в работе [15], участникам исследования предлагалось заполнить модифицированный частотный вопросник количественной оценки питания, с помощью которого определяли потребление 24 продуктов, представленных в табл. 1: 12 продуктов отнесены к продуктам с ТТ и 12 - с МТ, из них 14 продуктов представляют 7 пар, различающихся не по составу, а главным образом по твердости и сцеплению в согласии с классификацией и определением текстурных свойств по ГОСТ ISO 11036-2017 "Органолептический анализ. Методология. Характеристики структуры". Участники сперва оценивали частоту потребления продукта за прошедший месяц, диапазон частот (коэффициенты для пересчета частоты, раз в день): ни разу (0), 1-2 раза в месяц (0,05), 3-4 раза в месяц (0,12), 2-3 раза в неделю (0,36), 4-6 раз в неделю (0,71), 1-2 раза в день (1,5), 3-4 раза в день (3,5), более 4 раз в день (5), а затем обычное количество потребленных порций за 1 раз (диапазон: 0,5, 1, 2, 3, 4, 5 порций). Размер и масса стандартной порции для каждого продукта сопровождались иллюстрацией, сопоставляя их с альбомом порций [16]. По этим данным рассчитывали частоту потребления продуктов (порций в день), а затем суммировали частоту потребления продуктов с ТТ и МТ. Коэффициент альфа Кронбаха (α) для данной выборки равен 0,741 и 0,798 для продуктов с ТТ и МТ соответственно.

Йельская шкала пищевой зависимости (YFAS). В данном исследовании для оценки пищевой зависимости (ПЗ) использовали шкалу YFAS [13], переведенную на русский язык [17]. С помощью теста получали количественную и качественную оценку ПЗ. Для количественной оценки использовали сумму подтвержденных симптомов (количество симптомов пищевой зависимости, КСПЗ), варьирующую в диапазоне от 0 до 7. Для качественной оценки использовали индикатор, с помощью которого выборка делится на 2 группы: а) к группе "ПЗ" относили людей, имеющих 3 симптома или более и выраженные клинические расстройства или дистресс; б) к группе "без ПЗ" относили всех остальных участников. Коэффициент альфа Кронбаха (α) для данной выборки равен 0,89.

Голландский опросник пищевого поведения (DEBQ). Для оценки пищевого поведения использовали русскую валидированную версию DEBQ [14] (DEBQ-Rus [18]). Тест состоит из 33 пунктов и включает 3 подшкалы, оценивающие ограничительное (ОГР), эмоциональное (ЭМО) и экстернальное (ЭКС) пищевое поведение. Подшкалы ОГР, ЭМО и ЭКС состоят из 10, 13 и 10 утверждений соответственно. На все вопросы предлагается выбрать 1 из 5 вариантов ответа, сформированных по шкале Ликерта от 1 (редко) до 5 (очень часто), за исключением вопроса 21, в ответе на который используется обратная шкала. Затем рассчитывали средний балл по каждой подшкале путем деления суммы баллов на общее количество пунктов в этой подшкале. В данной выборке коэффициент альфа Кронбаха для ОГР, ЭКС и ЭМО составил 0,90, 0,78 и 0,95 соответственно.

Статистический анализ данных проводили с использованием пакета статистических программ SPSS Statistics version 20 (IBM, США). Провели тесты Шапиро-Уилка и Колмогорова-Смирнова, которые показали, что практически все использованные в анализе переменные имеют распределение, отличающееся от нормального. Непрерывные переменные представлены в виде медианы, первого и третьего квартиля (Ме [Q1; Q3]). Категориальные переменные выражены в процентах. Для оценки связи между категориальными переменными использовали критерий хи-квадрат (χ²). Взаимосвязь между переменными также оценивали с помощью логистического регрессионного анализа. В моделях в качестве зависимой переменной использовали частоту потребления продуктов с ТТ и МТ (в обоих случаях коды: 1 - ТТ(МТ)≤Ме, 2 - ТТ(МТ)>Ме), а в качестве независимых переменных - ПЗ, ОГР, ЭКС и ЭМО с поправкой на пол, возраст, ИМТ, тип населенного пункта, уровень дохода, образование и состояние зубов. Были рассчитаны коэффициенты регрессии (B), отношения шансов (ОШ) и 95% доверительные интервалы (95% ДИ). Качество подгонки моделей проверяли с помощью критериев Омнибуса и Хосмера-Лемешова.

Результаты

Общая характеристика участников исследования

Медианный возраст участников исследования составил 70 лет (табл. 2). Состояние зубов участников в целом оценивалось как удовлетворительное: медиана количества здоровых зубов равнялась 23 (см. табл. 2). Среди участников исследования 86,2% были городскими жителями, 88,7% участников имели среднее специальное и высшее образование, 79,3% участников имели уровень дохода выше среднего, а 78,1% составляли женщины (табл. 3). Частота выявления ov/ob достигала 70,3%, а ПЗ - 5,4% (см. табл. 3).

Частота потребления продуктов с МТ в 1,5 раза превышала таковую для ТТ (см. табл. 2). Отмечена достоверная положительная связь между ПЗ и ov/ob (χ²=5,51; P<0,025). Выявлено более высокое потребление пищи с МТ среди сельских жителей, как в общей выборке [ОШ (95% ДИ) = 0,53 (0,41-0,70)] (модель 2), так и в возрастной группе 50-69 лет [0,63 (0,43-0,92)] (модель 4), а в возрастной группе 70-95 лет частота потребления пищи с МТ выше у жителей мегаполиса [1,48 (1,02-2,14)] (модель 6; табл. 4). В возрастной группе 70-95 лет отмечено более высокое потребление продуктов с МТ у лиц со средним образованием [0,66 (0,45-0,96)] и ov/ob [1,38 (1,00-1,89)] (модель 6; см. табл. 4).

Связь между состоянием зубов и потреблением продуктов с мягкой и твердой текстурой

Выявлена достоверная положительная связь между состоянием зубов и частотой потребления продуктов с ТТ как в общей выборке [1,37 (1,10-1,70)] (модель 1), так и в возрастной группе 50-69 лет [1,57 (1,14-2,18)] (модель 3), но не у 70-95-летних участников (модель 5; см. табл. 4). Не обнаружено достоверной связи между состоянием зубов и частотой потребления продуктов с МТ (модели 2, 4 и 6 ; см. табл. 4).

Связь между пищевым поведением и потреблением продуктов с мягкой текстурой

В возрастной группе 50-95 лет отмечена достоверная положительная связь между потреблением продуктов с МТ и ЭКС [1,78 (1,34-2,38)] (модель 2), а также с ПЗ [1,21 (1,04-1,40)] (модель 2) и отрицательная - между МТ и ОГР [0,72 (0,58-0,89)] (модель 2; см. табл. 4). В возрастной группе 50-69 лет отмечена положительная связь между потреблением продуктов с МТ и ЭКС [2,14 (1,41-3,26)] (модель 4) и отрицательная - между МТ и ОГР [0,64 (0,48-0,87)] (модель 4; см. табл. 4).

Обсуждение

В результате проведенных исследований подтверждена гипотеза о том, что состояние зубов и пищевое поведение ассоциированы с текстурными предпочтениями лиц старшего возраста. Эти данные следует учитывать в дальнейших исследованиях и мероприятиях, направленных на профилактику ожирения у лиц старшего возраста.

Несмотря на высокую значимость проблемы ожирения у пожилых людей [8-10], исследований нарушения пищевого поведения и пищевых предпочтений у них недостаточно. Это первое исследование, в котором получены предварительные данные о взаимосвязи между нарушением пищевого поведения и частотой потребления продуктов с МТ - 2 факторов, оказывающих существенное влияние на риск развития ожирения. В результате была отмечена положительная связь между состоянием зубов и потреблением продуктов с ТТ, а также между ЭКС и ПЗ, с одной стороны, и потреблением продуктов с МТ - с другой. Ранее неоднократно отмечалось, что предпочтение пищи с МТ приводит к избыточному потреблению пищи, калорий [5-7] и, как следствие, к повышению риска ожирения. В общей выборке нами отмечена достоверная связь между частотой выявления ПЗ и ov/ob, что согласуется с ранее полученными данными [18]. В возрастной группе 70-95 лет нами отмечена положительная связь между ov/ob и частотой потребления продуктов с МТ, что также согласуется с данными предыдущих исследований [5-7]. Примечательно, что достоверная положительная связь между частотой потребления продуктов с МТ и ЭКС наблюдается в возрастной группе 50-69 лет и отсутствует у лиц старше 70 лет. Ранее было показано [10], что в возрастной группе 50-69 лет 3 типа нарушений пищевого поведения (ПЗ, ОГР и ЭКС) являются предикторами избыточной массы тела. Представленные в данном исследовании результаты дополняют общую картину. Обнаруженная связь между частотой потребления продуктов с МТ и ЭКС свидетельствует о том, что потребление продуктов с МТ может быть опосредованно (через ЭКС) связано с риском ожирения в этой возрастной группе.

В рамках данного исследования также проверена гипотеза о наличии положительной связи между частотой потребления продуктов с МТ и ПЗ. Полученные нами данные частично ее подтвердили: в возрастной группе 50-95 лет такая связь обнаружена. В 2 подгруппах (50-69 и 70-95 лет) такой связи не отмечено, что, по-видимому, связано с тем, что ПЗ довольно редко встречается у людей старшего возраста, поэтому для выявления статистически значимых связей требуется достаточно большой объем выборки. Полученные нами данные о наличии связи между частотой потребления продуктов с МТ и ПЗ можно рассматривать лишь как предварительные. В дальнейшем следует провести аналогичные исследования, существенно увеличив объем выборки, а также с участием лиц из различных возрастных групп, в первую очередь подростков, у которых, по нашим данным, наблюдается максимальная частота ПЗ [10].

Ограничения исследования

В нашем исследовании использованы антропометрические данные, полученные методом самооценки, что могло повлиять на точность оценки, обусловленную возрастом участников. Объем выборки недостаточно большой для надежной оценки связи между некоторыми переменными. Например, ПЗ достаточно редко встречается у пожилых людей, что, по-видимому, повлияло на неоднозначные результаты анализа связи между ПЗ и частотой потребления продуктов с МТ. Среди участников преобладают лица женского пола, городские жители, лица с высшим образованием, лица с уровнем дохода выше среднего, а также лица, имеющие доступ к цифровым технологиям и способные самостоятельно заполнить достаточно объемный набор анкет, что ограничивает возможность экстраполяции результатов на популяцию лиц старшего возраста в целом. Состояние зубов было охарактеризовано методом самооценки, без клинической верификации. При этом состояние зубов оценивали по ответам на вопрос о количестве здоровых зубов - показателе, который не является прямым эквивалентом жевательной функции. В целом используемый показатель может лишь косвенно характеризовать стоматологический статус обследованных лиц. В перечень продуктов с МТ и ТТ включены пищевые продукты, существенно различающиеся не только по механическим свойствам, но и по пищевой ценности, составу, степени переработки и месту в рационе. В связи с этим нельзя полностью исключить, что выявленные ассоциации отражают особенности выбора отдельных групп продуктов, а не собственно влияние текстуры пищи как самостоятельного фактора. Мы не учитывали состояние здоровья (наличие хронических заболеваний) участников исследования, что могло повлиять на точность анализа. Нами использован поперечный дизайн исследования, поэтому мы не можем судить о причинно-следственных связях между изученными переменными.

Заключение

В поперечном исследовании изучена связь между частотой потребления продуктов с ТТ и МТ, с одной стороны, и состоянием зубов, антропометрическими показателями и пищевым поведением, с другой стороны. Получены результаты, свидетельствующие о наличии положительной связи между состоянием зубов и потреблением пищи с ТТ. Отмечена положительная связь между ЭКС и ПЗ, с одной стороны, и потреблением пищи с МТ - с другой, а также отрицательная связь между ОГР и потреблением пищи с МТ. В возрастной группе 70-95 лет отмечена достоверная связь между потреблением пищи с МТ и ИМТ. Полученные результаты носят лишь предварительный характер и требуют подтверждения в дальнейших исследованиях.

Литература

1. Mosca A.C., Torres A.P., Slob E., de Graaf K., McEwan J.A., Stieger M. Small food texture modifications can be used to change oral processing behaviour and to control ad libitum food intake // Appetite. 2019. Vol. 142. Article ID 104375. DOI: https://doi.org/10.1016/j.appet.2019.104375

2. Cahayadi J., Leong S.Y., Oey I., Peng M. Textural effects on perceived satiation and ad libitum intake of potato chips in males and females // Foods. 2020. Vol. 9, N 1. P. 85. DOI: https://doi.org/10.3390/foods9010085

3. Zhou X., Yeomans M., Thomas A., Wilde P., Linter B., Methven L. Individual differences in oral tactile sensitivity and gustatory fatty acid sensitivity and their relationship with fungiform papillae density, mouth behaviour and texture perception of a food model varying in fat // Food Qual. Prefer. 2020. Vol. 90. Article ID 104116. DOI: https://doi.org/10.1016/j.foodqual.2020.104116

4. Varela P., Mosca A.C., Nguyen Q.C. McEwan J.A., Berget I. Individual differences underlying food intake and liking in semisolid foods // Food Qual. Prefer. 2021. Vol. 87. Article ID 104023. DOI: https://doi.org/10.1016/j.foodqual.2020.104023

5. Hamano S., Sawada M., Aihara M., Sakurai Y., Sekine R., Usami S. et al. Ultra-processed foods cause weight gain and increased energy intake associated with reduced chewing frequency: a randomized, open-label, crossover study // Diabetes Obes. Metab. 2024. Vol. 26, N 11. P. 5431-5443. DOI: https://doi.org/10.1111/dom.15922

6. Teo P.S., Lim A.J., Goh A.T., R J., Choy J.Y.M., McCrickerd K., Forde C.G. Texture-based differences in eating rate influence energy intake for minimally processed and ultra-processed meals // Am. J. Clin. Nutr. 2022. Vol. 116, N 1. P. 244-254. DOI: https://doi.org/10.1093/ajcn/nqac068

7. Lasschuijt M., Camps G., Mars M., Siebelink E., de Graaf K., Bolhuis D. Speed limits: the effects of industrial food processing and food texture on daily energy intake and eating behaviour in healthy adults // Eur. J. Nutr. 2023. Vol. 62, N 7. P. 2949-2962. DOI: https://doi.org/10.1007/s00394-023-03202-z

8. Мартинчик А.Н., Лайкам К.Э., Козырева Н.А., Кешабянц Э.Э., Михайлов Н.А., Батурин А.К., Смирнова Е.А. Распространение ожирения в различных социально-демографических группах населения России // Вопросы питания. 2021. Т. 90, № 3. С. 67-76. DOI: https://doi.org/10.33029/0042-8833-2021-90-3-67-76

9. Мартинчик А.Н., Батурин А.К., Никитюк Д.Б., Тутельян В.А. Ожирение в Российской Федерации: Эпидемиология, социально-демографические и нутрициологические факторы развития // Гигиена и санитария. 2024. Т. 103, № 12. С. 1504-1513. DOI: https://doi.org/10.47470/0016-9900-2024-103-12-1504-1513

10. Борисенков М.Ф., Попов С.В., Смирнов В.В., Цэрнэ Т.А., Бакутова Л.А., Дорогина О.И., и др. Асинхронные ассоциированные с возрастом и полом изменения связи между пищевым поведением и индексом массы тела // Вопросы питания. 2026. Т. 95, № 2. С. 49-59. DOI: https://doi.org/10.33029/0042-8833-2026-95-2-49-59

11. Yoshida M., Tsuga K. Sarcopenia and mastication // Curr. Oral Health Rep. 2020. Vol. 7, N 2. P. 179-187. DOI: https://doi.org/10.1007/s40496-020-00270-6

12. Кригер Е.А., Драчев С.Н., Митькин Н.А., Постоев В.А., Гржибовский А.М. Расчет необходимого объема выборки с использованием программы G*Power // Морская медицина. 2023. Т. 9, № 2. С. 111-125. DOI: https://doi.org/10.22328/2413-5747-2023-9-2-111-125

13. Gearhardt A.N., Corbin W.R., Brownell K.D. Preliminary validation of the Yale food addiction scale // Appetite. 2009. Vol. 52. P. 430-436. DOI: https://doi.org/10.1016/j.appet.2008.12.003

14. van Strien T., Frijters J.E., Bergers G.P., Defares P.B. The Dutch eating behavior questionnaire (DEBQ) for assessment of restrained, emotional, and external eating behavior // Int. J. Eat. Disord. 1986. Vol. 5. P. 295-315. DOI: https://doi.org/10.1002/1098-108X(198602)5:2<295::AID-EAT2260050209>3.0.CO;2-T

15. Chow C.Y., Bech A.C., Sorensen H., Olsen A., Bredie W.L. Food texture preferences in early childhood: Insights from 3-6 years old children and parent // Food Qual. Prefer. 2024. Vol. 113. Article ID 105063. DOI: https://doi.org/10.1016/j.foodqual.2023.105063

16. Мартинчик А.Н., Батурин А.К., Баева В.С., Пескова Е.В., Ларина Т.И., Забуркина Т.Г. Альбом порций продуктов и блюд. Москва : Институт питания РАМН, 1995. 64 с.

17. Borisenkov M.F., Popov S.V., Pecherkina A.A., Dorogina O.I., Martinson E.A., Vetosheva V.I. et al. Food addiction in young adult residents of Russia: associations with emotional and anthropometric characteristics // Eur. Eat. Disord. Rev. 2020. Vol. 28, N 4. P. 465-472. DOI: https://doi.org/10.1002/erv.2731

18. Smirnov V.V., Popov S.V., Borisenkov M.F., Zueva N.V. Validation of the Dutch eating behavior questionnaire in Russian young people // Curr. Psychol. 2025. Vol. 44. P. 467-478. DOI: https://doi.org/10.1007/s12144-024-07221-9

Материалы данного сайта распространяются на условиях лицензии CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)

© ООО Издательская группа «ГЭОТАР-Медиа». Использование текстового и иллюстративного материала данного издания для обучения любых систем искусственного интеллекта, включая машинное обучение и нейросети, запрещено без письменного разрешения правообладателя.