Роль кальция в обеспечении здоровья и снижении риска развития социально значимых заболеваний

Батурин Александр Константинович; Шарафетдинов Хайдерь Хамзярович; Коденцова Вера Митрофановна

Резюме

Эссенциальный макроэлемент кальций участвует во многих процессах в организме, являясь основным в минеральном матриксе кости, зубов; он необходим для проведения нервных импульсов, свертывания крови, сокращения мышц, регуляции транспорта различных ионов через мембрану клетки, гликогенолиза и глюконеогенеза, активности многих ферментов. В России отмечается недостаточное потребление кальция.

Цель работы - оценка роли кальция различного происхождения в обеспечении потребности и здоровья населения.

Материал и методы. Поиск литературы проводили с помощью систем PubMed, Google Scholar, ResearchGate, РИНЦ, CyberLeninka преимущественно за последние 10 лет, за исключением работ, имеющих принципиальное значение, по ключевым словам "calcium", "milk", "bioavailability", "кальций", "молоко", "биодоступность".

Результаты. Потребление молочных продуктов связано с общим снижением риска развития социально значимых заболеваний, включая сердечно-сосудистые заболевания, сахарный диабет 2 типа и некоторые виды онкопатологии. Кальций в составе натурального молока и молочных продуктов, как и полученный из молока (кальций молочного происхождения), обладает более высокой биодоступностью и лучшей усвояемостью, чем из других источников синтетического или природного минерального происхождения. Рекомендация сократить потребление молочных продуктов может быть контрпродуктивной для здоровья и, следовательно, может увеличить расходы на здравоохранение.

Заключение. Молоко и молочные продукты являются оптимальным источником кальция. Высокая биодоступностью кальция молочного происхождения обосновывает целесообразность его предпочтительного применения в диетическом питании как в составе лечебных рационов в стационарах и питания в учреждениях социального обслуживания, так и в амбулаторной практике. Возможно, потребуются дополнительные исследования, в том числе рандомизированные контролируемые, чтобы более детально исследовать вопросы оптимального потребления молока и молочных продуктов, а также использования лекарственных препаратов и биологически активных добавок к пище, содержащих кальций.

Ключевые слова:кальций; молоко; био доступность; здоровое питание; социально значимые заболевания

Здоровое питание, обеспечивая жизнедеятельность человека, является одним из факторов, способствующих снижению риска развития алиментарно-зависимых заболеваний, увеличению продолжительности и повышению качества жизни населения, а также поддерживающих адаптационный потенциал организма [1, 2].

Эпидемиологические исследования, проведенные в рамках выполнения Плана мероприятий по реализации "Основ государственной политики Российской Федерации в области здорового питания населения на период до 2020 года" ФГБУН "ФИЦ питания и биотехнологии", выявили значительные нарушения в структуре питания населения России [2-4]. Анализ фактического питания населения с 1994 по 2018 г. показал, что в 2012-2018 гг. увеличилось среднедушевое потребление взрослым населением энергии за счет повышенного содержания в рационе жира, насыщенных жирных кислот и добавленного сахара при избыточном потреблении поваренной соли и недостаточном потреблении полиненасыщенных жирных кислот, пищевых волокон, большинства витаминов группы В, D и каротиноидов, эссенциальных минеральных веществ [4-6]. Такие отклонения от норм рационального питания выступают фактором риска развития большинства неинфекционных заболеваний, распространенность которых в последние годы заметно увеличивается [4, 6]. Целенаправленная коррекция структуры питания позволяет не только влиять на общее состояние здоровья населения, но и корригировать алиментарно-зависимые факторы риска и снижать риск развития социально значимых заболеваний, неинфекционных заболеваний [6, 7].

В Российской Федерации действует мониторинг состояния питания и здоровья населения, который включает эпидемиологическую оценку частоты и уровня потребления основных групп пищевых продуктов (хлебные продукты, картофель, овощи и бахчевые, фрукты и ягоды, мясо и мясопродукты, молоко и молокопродукты, рыба и рыбопродукты, сахар и кондитерские изделия, яйца, масло растительное и другие жиры). Статистический анализ частоты и уровней потребления пищевых продуктов населением РФ демонстрирует, что повышение калорийности питания за счет увеличения квоты жира и снижения квоты углеводов может способствовать увеличению массы тела и распространенности избыточной массы тела и ожирения [5].

Как известно, микронутриенты (витамины, эссенциальные макро- и микроэлементы) наряду с макронутриентами (белками, жирами, углеводами) абсолютно необходимы для нормального роста и развития ребенка, а также функционирования организма взрослого человека, создания клеточных и субклеточных структур, осуществления биологических и физиологических процессов, обеспечивающих жизнедеятельность организма [1].

Физиологическая роль кальция в организме

Эссенциальный макроэлемент кальций участвует во многих процессах в организме, являясь основным в минеральном матриксе кости, зубов, он необходим для проведения нервных импульсов, свертывания крови, сокращения мышц, регуляции транспорта различных ионов через мембрану клетки, гликогенолиза и глюконеогенеза, активности многих ферментов [8, 9]. Ионы кальция относятся к вторичным мессенджерам, его концентрация в клетке контролируется гормонами, нейромедиаторами, внеклеточными сигналами. Основная масса кальция (1,2-1,4 кг), составляющая более 99% от всего содержания в организме, находится в костной ткани, во внеклеточной жидкости и других тканях содержится менее 1% [9]. Концентрация кальция в крови поддерживается в узком оптимальном диапазоне, что необходимо для обеспечения функциональной активности многих систем организма [10, 11]. Кальций находится в плазме крови в ионизированной форме, в связанном с белками (альбумин) состоянии и в комплексах с органическими анионами. Кальций принимает участие в поддержании стабильности клеточных мембран, нейромышечной возбудимости, активирует факторы свертывания крови, минерализации костной ткани, он необходим для мышечного сокращения, активности некоторых ферментов [12]. Достаточное поступление кальция с пищей, необходимое для поддержания нормальной структуры и минеральной плотности костной ткани, обеспечивает профилактику и лечение остеопороза. Кальций способствует скорейшему образованию костных мозолей и сращению переломов при травмах [13, 14]. Минеральный компонент костной ткани находится в динамическом равновесии с ионизированным кальцием и фосфором плазмы крови. У взрослого человека постоянно происходит процесс минерализации/деминерализации костной ткани. Костная ткань служит своеобразным резервуаром при недостатке кальция в пище и некоторых физиологических состояниях. Удивительным примером служит поддержание концентрации кальция в грудном молоке даже при недостатке его в рационе кормящей женщины [15] за счет усиления резорбции костной ткани и, соответственно, снижения костной массы кормящей женщины, после окончания кормления грудью минеральная плотность костной ткани восстанавливается [16].

Обмен и гомеостаз кальция регулируется тремя гормонами. Повышают уровень кальция в плазме крови кальцитриол (гормонально-активная форма витамина D - 1,25-дигидроксивитамин D), усиливая его абсорбцию в тонкой кишке, реабсорбцию в почках, и паратиреоидный гормон, повышающий резорбцию костной ткани. Кальцитонин обеспечивает гипокальциемический эффект, усиливая минерализацию костной ткани [17].

Организм человека получает кальций из пищи, что определяет важность обеспечения поступления оптимального количества кальция с рационом для различных групп населения, в том числе для пациентов, находящихся на лечении в медицинских организациях, или получателей социальных услуг в учреждениях социального обслуживания. Усвояемость содержащегося в пище кальция зависит от ряда факторов: состав пищи, возраст человека, обеспеченность организма витамином D, генотип рецептора витамина D и др. Оптимальным для усвоения кальция является соотношение кальция и фосфора в рационе 1 : 1. Всасывание кальция зависит от его растворимости в желудочно-кишечном тракте, на которую влияет физиологическое состояние организма и состав пищи (уровень потребления кальция, витамина D, пищевых волокон, фитатов, оксалатов, жиров и лактозы). Фитаты, пищевые волокна и оксалаты препятствуют усвоению кальция вследствие образования в просвете кишечника нерастворимых комплексов [1].

Молочные продукты - компонент здорового питания

Важнейший и одновременно оптимальный источник кальция для здорового и больного человека - это молоко и молочные продукты, обеспечивающие организм также энергией, полноценным белком, фосфором, магнием, витаминами В₂, В₁₂, А, каротиноидами, витамином D, в том числе в более активной для оптимизации статуса витамина D и лучше усвояемой форме 25-гидроксивитамина D, и другими микронутриентами [18-21]. Кисломолочные продукты являются значимым источником витамина К₂ - длинноцепочечных мена-хинонов, оказывающих профилактическое действие от сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) [22]. Вместе с тем следует напомнить, что обезжиривание молока приводит к значительному снижению или потере жирорастворимых витаминов. Особого внимания заслуживает антиоксидантная способность молока и молочных продуктов, обусловленная наличием в нем серосодержащих аминокислот (цистеин), фосфатов, витаминов А, Е, каротиноидов, цинка, селена, ферментов (супероксиддисмутаза, каталаза, глутатионпероксидаза), олигосахаридов и пептидов, которые образуются при ферментации и созревании сыра [23].

По результатам обследования питания российских детей было установлено недостаточное, не достигающее рекомендуемых величин потребление молока, причем дети из семей с высоким доходом потребляют больше кальция из других пищевых источников, чем дети из семей с низким доходом [24].

Имеются данные, свидетельствующие о потенциально защитном эффекте молока от избыточной массы тела, ожирения, сахарного диабета (СД) и ССЗ [19, 20]. Установлено, что диета с высоким содержанием молока и молочных продуктов снижает риск ожирения в детском возрасте и улучшает показатели компонентного состава тела у взрослых [19, 25]. Кроме того, потребление молочных продуктов во время ограничения потребления пищевых источников энергии способствует снижению массы тела. Потребление ферментированных молочных продуктов (сыр, йогурт и др.) ассоциировано со снижением риска СД 2 типа, вероятно, обусловленным инсулинотропным эффектом компонентов молока и улучшением чувствительности тканей к инсулину под влиянием молочных продуктов [20, 26]. Метаанализы проспективных исследований показывают, что потребление молока и молочных продуктов, составляющее 200-300 мл в день, не увеличивает риск ССЗ, а наоборот, существует обратная связь с риском ССЗ, в том числе с риском артериальной гипертензии и инсульта [20, 27, 28]. Более высокое потребление молока и молочных продуктов (молоко + йогурт + сыр) коррелирует с более высокой минеральной плотностью костной ткани у пожилых людей [29].

В докладе Всемирного фонда исследования рака (World Cancer Research Fund) по колоректальному раку, представленном в 2011 г., сделано заключение, что потребление молока и кальция, имеющего молочную природу, снижает риск этого вида онкопатологии [8]. Метаанализ 15 когортных исследований, проведенный R.A. Ralston и соавт., показал снижение частоты колоректального рака на 26% у мужчин, потреблявших 525 г молока в день [30]. Потребление молочных продуктов не оказывает влияния на жесткость артерий, измеренную с помощью скорости пульсовой волны [31], не ассоциируется с увеличением смертности от всех причин [32]. Общее потребление молочных продуктов как с обычным, так и с низким содержанием жира не оказывает отрицательного влияния на риск развития ССЗ [33].

Однако в настоящее время во многих регионах мира, в том числе и в России, отмечается пониженное потребление населением молока и молочных продуктов, что также приводит к сниженному потреблению кальция.

Потребление кальция с рационом

Согласно МР 2.3.1.0253-21 "Нормы физиологических потребностей в энергии и пищевых веществах для различных групп населения Российской Федерации", норма физиологической потребности в кальции, ниже которой могут возникать определенные нарушения, для взрослых составляет 1000 мг/сут, а для лиц старше 65 лет - 1200 мг/сут [34].

В многочисленных исследованиях показано, что население большинства стран потребляет недостаточное количество кальция с пищевыми продуктами, и у части населения отмечается его определенный дефицит [8, 35-40]. Так, по данным Национального исследования здоровья и питания (NHANES) [36], проведенного в 2003-2006 гг. и охватившего 9475 человек, у мужчин в возрасте 19-81 года и старше уровень потребления кальция колебался от 728 до 928 мг/сут, у женщин соответствующего возраста - от 589 до 730 мг/сут. При этом среднее потребление кальция у мужчин и женщин в возрасте старше 81 года на 14 и 23% ниже по сравнению с потреблением мужчинами и женщинами в возрасте от 19 до 30 лет. Несмотря на то что 50% населения США используют различные добавки кальция [лекарственные препараты и биологически активные добавки (БАД) к пище], по мнению авторов, это не позволяет обеспечить оптимальный уровень потребления кальция.

Результаты систематического обзора по оценке потребления кальция в 74 странах [37], показали, что суточное потребление этого минерального вещества варьирует в широком диапазоне - от 175 до 1233 мг. Во многих странах Азии среднее потребление кальция составляет <500 мг/сут. В странах Африки и Южной Америки также отмечается его низкое содержание в рационе (400-700 мг/сут). Только в ряде стран Северной Европы потребления кальция оптимально (>1000 мг/сут) [4].

Для населения РФ, как большинства стран мира, характерно недостаточное поступление кальция с пищей. По данным ФГБУН "ФИЦ питания и биотехнологии" [8], среднее потребление кальция среди взрослых старше 18 лет составляет 510-560 мг/сут. Самое низкое поступление макроэлемента с рационом имели женщины 18-30 лет, наиболее высокое - мужчины 45-55 лет. Независимо от возраста потребление кальция у мужчин было выше, чем у женщин [8].

По результатам проведенного в 16 регионах РФ анкетирования медицинских работников в возрасте от 20 до 72 лет, среднее суточное потребление кальция составило 529 мг, при этом у подавляющего большинства участников исследования (90%) выраженный недостаток этого макроэлемента в рационе был обусловлен в первую очередь сниженным потреблением молочных продуктов [8, 39]. По данным исследования, проведенного в 6 регионах РФ в рамках программы "Остеоскрининг Россия", среднее суточное потребление кальция у женщин составило 683 мг, у мужчин - 635 мг. У большей части обследованных потребление этого микронутриента не обеспечивало половины от суточной потребности, а адекватное потребностям количество кальция получали только 9% женщин и 6% мужчин [40].

Ежедневно включали в пищу молочные продукты только 45,5% из обследованных 440 взрослых жителей Тюмени, вследствие чего во всех возрастных группах было обнаружено недостаточное потребление кальция с рационом, особенно явное в старшей возрастной группе [41].

Оптимальное поступление кальция с пищей важно для профилактики и лечения остеопороза, так как способствует поддержанию минеральной плотности костной ткани, снижению риска переломов бедра, особенно в пожилом возрасте, потенцирует антирезорбтивный эффект эстрогенов на костную ткань [8]. Кальций, оказывая слабое антирезорбтивное действие, усиливает эффективность основных препаратов для лечения остеопороза, предотвращает гипокальциемию и рекомендуется для включения в терапию остеопороза [42, 43].

Общепризнано, что для достижения достаточного уровня суточного поступления кальция с пищевыми продуктами необходимо ежедневное включение в рацион питания не менее трех порций молочных продуктов. Одна порция подразумевает 30 г сыра, 100 г творога, 150 г йогурта или 1 стакан (200 мл) молока [40, 44].

Оценивая биодоступность кальция из различных пищевых продуктов, L. Gueguen и A. Pointillart показали, что кальций из молока и некоторых молочных продуктов (йогурты, сыры) усваивается гораздо лучше, чем кальций из злаков и листовых овощей (шпинат и кресссалат) вследствие высокого содержания в них оксалатов, препятствующих всасыванию кальция в кишечнике [19, 45].

Для восполнения недостаточного потребления кальция с пищей в некоторых случаях рекомендуется использовать БАДы к пище, содержащие кальций [42]. Имеющиеся в литературе данные подтверждают целесообразность использования кальция или кальция в сочетании с добавками витамина D для профилактики остеопороза у лиц старше 50 лет. Для наилучшего профилактического эффекта рекомендуются минимальные суточные дозы 1200 мг кальция и 800 МЕ витамина D (для комбинированных добавок кальция и витамина D) [43].

Формы кальция в составе рациона и биологически активных добавок к пище

В составе традиционных пищевых продуктов и специализированной пищевой продукции кальций может присутствовать в различных формах.

Абсорбция кальция, который должен быть в растворимой, обычно ионизированной, форме, осуществляется посредством активного транспорта в основном в двенадцатиперстной и тощей кишке и путем пассивной диффузии в основном в подвздошной кишке [45, 46].

Наиболее распространенными соединениями, используемыми в качестве дополнительного источника кальция, являются карбонат и цитрат кальция. Нерастворимая в воде соль карбонат кальция - наиболее экономически выгодная форма с высоким содержанием макроэлемента, однако для оптимального усвоения его следует принимать во время еды. Водорастворимый цитрат кальция можно принимать независимо от приема пищи, что делает его предпочтительной добавкой для лиц с ахлоргидрией или принимающих блокаторы гистамина-2 и ингибиторы протеиновой помпы. Лактат и глюконат кальция содержат меньше кальция, что затрудняет их использование в составе БАД к пище. Хелаты кальция с аминокислотами и пептидами (лизинат кальция) всасываются по механизму абсорбции аминокислот и поэтому более эффективны по сравнению с карбонатом кальция [47]. Продолжается поиск новых источников кальция. В качестве растворимого соединения кальция недавно был предложен растворимый в воде глюкогептонат. Кривые зависимости концентрации кальция в плазме крови были сопоставимы после приема по 500 мг элементарного кальция в виде смеси карбоната и лактата в составе шипучей таблетки и хорошо растворимого глюкогептоната [48].

В качестве кальцийсодержащего сырья используют раковины морских беспозвоночных, содержание карбоната кальция в которых может достигать 95%, кости рыб, красные морские водоросли Lithothamnion, концентрация кальция в которых достигает 31% [49]. Высказываются опасения о возможных рисках при применении добавок солей кальция вследствие транзиторной гиперкальциемии и взаимодействия кальция из добавок при их совместном использовании с некоторыми лекарственными средствами (гипотензивные препараты, блокаторы кальциевых каналов, синтетические гормоны щитовидной железы, бисфосфонаты, антибиотики и др.) [50]. Однако в этом исследовании при анализе весьма противоречивых результатов применения добавок не были обсуждены используемые формы и дозы кальция.

Известно, что в коровьем молоке содержится в среднем 120 мг кальция на 100 мл, из них 20% находится в состоянии, связанном с мицеллярным казеином, содержащим большие количества фосфатных групп, в виде нерастворимого органического коллоида, а оставшиеся 80% присутствуют в минеральной форме (45% в виде трикальцийфосфата внутри мицелл фосфоказеината, который также представляет собой нерастворимый коллоид, и 35% в виде растворимого кальция, в том числе 12% в форме ионизированного кальция) [45, 51].

Кальций в молоке и кальций, полученный из молока (молочного происхождения), имеют некоторые особенности, которые обеспечивают высокую абсорбцию этого макроэлемента при неблагоприятных физиологических условиях, от кальция, содержащегося в других пищевых продуктах или добавках в виде разных неорганических или органических солей. Поскольку кальций в молоке находится в связанном с пептидами и белками состоянии, он с большей вероятностью останется в растворе при неблагоприятной кислотности в случае ахлоргидрии, благодаря присутствию лактозы он может всасываться при недостаточной обеспеченности витамином D в дистальном отделе тонкой кишки пассивной диффузией. Молочные продукты не содержат пищевых компонентов (фитаты, оксалаты, уроновые кислоты), которые препятствуют всасыванию кальция в кишечнике. Одновременное наличие фосфора в составе молока и кальция молочного происхождения необходимо для отложения кальция в костях в виде гидроксиапатита, поскольку гиперкальциурический эффект сульфатов компенсируется гипокальциурическим действием фосфора. По образному выражению некоторых авторов, молоко служит источником кальция с "гарантированной усвояемостью", "защищенной абсорбирующей способностью", обеспечивающим минерализацию костной ткани, нечувствительным к внешним воздействиям [45].

В ряде работ сравнивали биодоступность и усвояемость кальция, полученного из молока, и других форм кальция, как правило, входящих в состав витаминно-минеральных комплексов [13, 45, 52]. В этой связи важно подчеркнуть, что биодоступность кальция - это доля пищевого кальция, всосавшегося в кишечнике, который используется для осуществления физиологических функций, особенно минерализации костей и предотвращения потери костной массы. При этом иногда понятие "абсорбция", т.е. доступность кальция для всасывания в кишечнике, используют как синоним биодоступности, однако хорошая абсорбция - это лишь одно из условий высокой биодоступности. Биодоступность зависит от степени всасывания и включения абсорбированного кальция в костную ткань, а следовательно, зависит также от экскреции с мочой и потери эндогенного кальция с калом, что определяется физиологическими факторами, в первую очередь гормонами.

О биодоступности кальция чаще всего судят по влиянию его потребления на изменения костной массы. Ряд исследований свидетельствует, что биодоступность соединений кальция, источником которых было молоко, выше, чем солей кальция в составе БАД к пище [46, 47, 53-56]. Показано, что увеличение плотности костной массы, достигнутое в результате потребления детьми соединений кальция молочного происхождения, сохраняется даже спустя годы после прекращения потребления [57]. Регулярное потребление молока на протяжении всей жизни, начиная с подросткового до пожилого возраста, коррелирует с более высокими минеральной плотностью костной ткани и содержанием минеральных веществ в кости в пожилом возрасте [58]. Эффекты добавок кальция зависят от уровня потребления этого элемента с пищей и более выражены при недостаточном содержании в пище [59].

Если плотность костной массы у детей, потреблявших БАД к пище, содержащую соли кальция, после отмены приема снизилась [60-62], то исследования влияния потребления девочками-подростками кальция, полученного из молока, показали, что через 1 год после окончания исследования минеральная плотность костной ткани у девочек из группы наблюдения сохранялась на более высоком уровне по сравнению с показателем контрольной группы [63]. Экспериментальные исследования демонстрируют, что кальций, содержащийся в молочной диете, обеспечивает лучшую минерализацию костей, чем соли кальция (карбонат или сульфат кальция) [64]. Показано, что содержащийся в пище кальций оказывает большее влияние на формирование костей, чем дополнительный прием добавок кальция [56].

Признавая важную роль кальция для функционирования здорового организма, и, в частности, костной системы [8, 9], в литературе обсуждаются возможное неблагоприятное влияние высокого потребления кальция на усвоение железа с пищей, отмеченное в краткосрочных экспериментальных исследованиях. Однако исследования полноценного питания, проводившиеся в течение нескольких недель, не показывают отрицательного влияния повышенного потребления кальция на усвоение железа, в том числе на уровень сывороточного ферритина [25]. Высказывается мнение, что негативное влияние приема добавок кальция проявляется на фоне его высокого потребления [59].

В рамках исследовательского проекта, проведенного Департаментом питания человека (Дания), сравнивали биодоступность и влияние железа в негемовой форме на абсорбцию кальция, полученного из молока, с карбонатом кальция. Прием соединений кальция молочного происхождения не показал негативного влияния на усвоение железа и показатели обеспеченности железом. Продукт с кальцием молочного происхождения показал более высокую биодоступность и усвояемость по сравнению с карбонатом кальция, о чем свидетельствовала увеличенная костная масса [65, 66].

На основании представленных данных можно заключить, что кальций, полученный из молока (кальций молочного происхождения) обладает более высокой биодоступностью и лучшей усвояемостью, чем другие соединения кальция, что обусловлено матрицей молочного продукта [67]. Это позволяет считать предпочтительным его использование в диетическом лечебном и диетическом профилактическом питании.

Заключение

Молоко и молочные продукты являются оптимальным источником кальция - необходимого элемента минерального матрикса кости, положительно влияющего на состояние костной ткани, участвующего в передаче сигналов в нервных и мышечных клетках, в процессе свертывания крови. Более высокие частота и объем потребления молочных продуктов ассоциируются со снижением риска самых распространенных социально значимых заболеваний (ССЗ, СД 2 типа, некоторые онкологические заболевания).

Рекомендация сократить потребление молочных продуктов людьми может быть контрпродуктивной для здоровья и, следовательно, может увеличить расходы на здравоохранение. Кальций, полученный из молока (кальций молочного происхождения), обладает более высокой биодоступностью и лучшей усвояемостью по сравнению с другими источниками кальция синтетического или природного минерального происхождения. Эти показатели для кальция, полученного из молока, сходны с таковыми для кальция в составе натурального молока и молочных продуктов, поэтому целесообразно его предпочтительное применение в диетическом питании как в составе лечебных рационов в стационарах и питания в учреждениях социального обслуживания, так и в амбулаторной практике. Возможно, потребуются дополнительные исследования, в том числе рандомизированные контролируемые, чтобы более детально исследовать вопросы оптимального потребления молока и молочных продуктов, а также использования лекарственных препаратов и БАД к пище, содержащих кальций.

Литература

1. Нутрициология и клиническая диетология. Национальное руководство / под ред. В.А. Тутельяна, Д.Б. Никитюка. Москва : ГЭОТАР-Медиа, 2020. 1008 с.

2. Тутельян В.А., Герасименко Н.Ф., Никитюк Д.Б., Погожева А.В. Оптимальное питание - основа здорового образа жизни // В кн.: Здоровье молодежи: новые вызовы и перспективы / под ред. Н.Ф. Герасименко, П.В. Глыбочко, И.Э. Есауленко, В.И. Попова, В.И. Стародубова, В.А. Тутельяна : в 5 т. Т. 3: Технологии снижения рисков здоровью. Профилактика и диспансеризация. Здоровое питание. Воронеж : Научная книга, 2019. С. 228-249. ISBN 978-5-6043289-2-7.

3. Государственная политика Российской Федерации в области здорового питания : доклад. Москва : Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2015. 89 с.

4. О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения в Российской Федерации в 2017 году : государственный доклад. Москва : Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2018. 268 с. ISBN 978-5-7508-1626-2

5. Батурин А.К., Мартинчик А.Н., Камбаров А.О. Структура питания населения России на рубеже ХХ и ХХI столетий // Вопросы питания. 2020. Т. 89, № 4. С. 60-70. DOI: https://doi.org/10.24411/0042-8833-2020-10042

6. Драпкина О.М., Карамнова Н.С., Концевая А.В., Горный Б.Э., Дадаева В.А., Дроздова Л.Ю. и др. Алиментарно-зависимые факторы риска хронических неинфекционных заболеваний и привычки питания: диетологическая коррекция в рамках профилактического консультирования. Методические рекомендации // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2021. Т. 20, № 5. С. 2952. DOI: https://doi.org/10.15829/1728-8800-2021-2952

7. Clinton S.K., Giovannucci E.L., Hursting S.D. The World Cancer Research Fund/American Institute for Cancer Research third expert report on diet, nutrition, physical activity, and cancer: impact and future directions // J. Nutr. 2020. Vol. 150, N 4. Р. 663-671. DOI: https://doi.org/10.1093/jn/nxz268

8. Луценко А.С., Рожинская Л.Я., Торопцова Н.В., Белая Ж.Е. Роль и место препаратов кальция и витамина D для профилактики и лечения остеопороза // Остеопороз и остеопатии. 2017. Т. 20, № 2. С. 69-75. DOI: https://doi.org/10.14341/osteo9523

9. Beto J.A. The role of calcium in human aging // Clin. Nutr. Res. 2015. Vol. 4. P. 1-8. DOI: http://dx.doi.org/10.7762/cnr.2015.4.1.1

10. Hartzell C.A., Jankowska K.I., Burkhardt J.K., Lewis R.S. Calcium influx through CRAC channels controls actin organization and dynamics at the immune synapse // Elife. 2016. Vol. 5. Р. e14850. DOI: https://doi.org/10.7554/eLife.14850

11. Ermak G., Davies K.J. Calcium and oxidative stress: from cell signaling to cell death // Mol. Immunol. 2002. Vol. 38, N 10. Р. 713-721. DOI: https://doi.org/10.1016/s0161-5890(01)00108-0

12. Sandow S.L., Senadheera S., Grayson T.H., Welsh D.G., Murphy T.V. Calcium and endothelium-mediated vasodilator signaling // Adv. Exp. Med. Biol. 2012. Vol. 740. Р. 811-831. DOI: https://doi.org/10.1007/978-94-007-2888-2_36

13. Sosa M., Bregni C. Metabolism of the calcium and bioavailability of the salts of most frequent use // Boll. Chim. Farm. 2003. Vol. 142, N 1. Р. 28-33.

14. Dawson-Hughes В. The role of calcium in bone growth and preservation. World Congress on Osteoporosis, Osteoarthritis and Musculoskeletal Diseases (WCO-IOF-ESCEO 2017) // Osteoporosis Int. 2017. Vol. 28, S1. Р. 99-126. DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-017-3943-1

15. Коденцова В.М., Рисник Д.В., Ладодо О.Б. Оптимизация микроэлементного состава грудного молока путем обогащения рациона женщины. // Акушерство и гинекология. 2021. Т. 8. С. 60-68. DOI: https://dx.doi.org/10.18565/aig.2021.8.60-68

16. Шилин Д.Е. Беременность, лактация и кальций: необоснованные страхи и доказанные успехи (к 100-летию первой публикации) // Медицинский совет. 2013. № 8. С. 32-37. DOI: https://doi.org/10.21518/2079-701X-2013-8-32-37

17. Meir T., Levi R., Lieben L., Libutti S., Carmeliet G., Bouillon R., Naveh-Many T. Deletion of the vitamin D receptor specifically in the parathyroid demonstrates a limited role for the receptor in parathyroid physiology // Am. J. Physiol. Ren. Physiol. 2009. Vol. 297. Р. F1192-F1198. DOI: https://doi.org/10.1152/ajprenal.00360.2009

18. Мартинчик А.Н., Кешабянц Э.Э., Пескова Е.В., Михайлов Н.А., Батурин А.К. Молочные продукты и ожирение: pro и contra, российский опыт // Вопросы питания. 2018. Т. 87, № 4. С. 39-47. DOI: https://doi.org/10.24411/0042-8833-2018-10040

19. Caroli A., Poli A., Ricotta D., Banfi G., Cocchi D. Invited review: dairy intake and bone health: a viewpoint from the state of the art // J. Dairy Sci. 2011. Vol. 94, N 11. Р. 5249-5262. DOI: https://doi.org/10.3168/jds.2011-4578

20. Marangoni F., Pellegrino L., Verduci E., Ghiselli A., Bernabei R., Calvani R. et al. Cow's Milk Consumption and Health: a health professional's guide // J. Am. Coll. Nutr. 2019. Vol. 38, N 3. Р. 197-208. DOI: 10.1080/07315724.2018.1491016

21. Коденцова В.М., Рисник Д.В. Обогащенные молочные продукты как перспективный носитель дефицитных микронутриентов в рационе россиян // Молочная промышленность. 2021. № 8. С. 58-61. DOI: https://doi.org/10.31515/1019-8946-2021-08-10-13

22. Коденцова В.М., Рисник Д.В., Ладодо О.Б. Потребление витаминов: вклад отдельных пищевых продуктов и последствия различных диет // Медицинский оппонент. 2021. № 1. 48-56.

23. Khan I.T., Nadeem M., Imran M., Ullah R., Ajmal M., Jaspal M.H. Antioxidant properties of milk and dairy products: a comprehensive review of the current knowledge // Lipids Health Dis. 2019. Vol. 18. Р. 41. DOI: https://doi.org/10.1186/s12944-019-0969-8

24. Мартинчик А.Н., Кешабянц Э.Э., Камбаров А.О., Пескова Е.В., Брянцева C.А., Базарова Л.Б. и др. Кальций в рационе детей дошкольного и школьного возраста: основные пищевые источники и факторы, влияющие на потребление // Вопросы питания. 2018. Т. 87, № 2. С. 24-33. DOI: https://doi.org/10.24411/0042-8833-2018-10015

25. Thorning T.K., Raben A., Tholstrup T., Soedamah-Muthu S.S., Givens I., Astrup A. Milk and dairy products: good or bad for human health? An assessment of the totality of scientific evidence // Food Nutr. Res. 2016. Vol. 60. Р. 32527. DOI: https://doi.org/10.3402/fnr.v60.32527

26. Rideout T.C., Marinangeli C.P., Martin H., Browne R.W., Rempel C.B. Consumption of low-fat dairy foods for 6 months improves insulin resistance without adversely affecting lipids or bodyweight in healthy adults: a randomized free-living cross-over study // Nutr. J. 2013. Vol. 12. Р. 56. DOI: https://doi.org/10.1186/1475-2891-12-56

27. Soedamah-Muthu S.S., Ding E.L., Al-Delaimy W.K., Hu F.B., Engberink M.F., Willett W.C., Geleijnse J.M. Milk and dairy consumption and incidence of cardiovascular diseases and all-cause mortality: dose-response meta-analysis of prospective cohort studies // Am. J. Clin. Nutr. 2011. Vol. 93, N 1. Р. 158-171. DOI: https://doi.org/10.3945/ajcn.2010.29866

28. Hu D., Huang J., Wang Y., Zhang D., Qu Y. Dairy foods and risk of stroke: a meta-analysis of prospective cohort studies // Nutr. Metab. Cardiovasc. Dis. 2014. Vol. 24, N 5. Р. 460-469. DOI: https://doi.org/10.1016/j.numecd.2013.12.006

29. Sahni S., Mangano K.M., Kiel D.P., Tucker K.L., Hannan M.T. Dairy intake is protective against bone loss in older vitamin D supplement users: the Framingham Study // J. Nutr. 2017. Vol. 147, N 4. Р. 645-652. DOI: https://doi.org/10.3945/jn.116.240390

30. Ralston R.A., Truby H., Palermo C.E., Walker K.Z. Colorectal cancer and nonfermented milk, solid cheese, and fermented milk consumption: a systematic review and meta-analysis of prospective studies // Crit. Rev. Food Sci. Nutr. 2014. Vol. 54, N 9. Р. 1167-1179. DOI: https://doi.org/10.1080/10408398.2011.629353

31. Diez-Fernández A., Álvarez-Bueno C., Martínez-Vizcaíno V., Sotos-Prieto M., Recio-Rodríguez J.I., Cavero-Redondo I. Total dairy, cheese and milk intake and arterial stiffness: a systematic review and meta-analysis of cross-sectional studies // Nutrients. 2019. Vol. 11, N 4. Р. 741. DOI: https://doi.org/10.3390/nu11040741

32. Cavero-Redondo I., Alvarez-Bueno C., Sotos-Prieto M., Gil A., Martinez-Vizcaino V., Ruiz J.R. Milk and dairy product consumption and risk of mortality: an overview of systematic reviews and meta-analyses. // Adv. Nutr. 2019. Vol. 10, Suppl. 2. Р. S97-S104. DOI: https://doi.org/10.1093/advances/nmy128

33. Fontecha J., Calvo M.V., Juarez M., Gil A., Martínez-Vizcaino V. Milk and dairy product consumption and cardiovascular diseases: an overview of systematic reviews and meta-analyses // Adv. Nutr. 2019. Vol. 10, Suppl 2. Р. S164-S189. DOI: https://doi.org/10.1093/advances/nmy099

34. Попова А.Ю., Тутельян В.А., Никитюк Д.Б. О новых (2021) Нормах физиологических потребностей в энергии и пищевых веществах для различных групп населения Российской Федерации // Вопросы питания. 2021. Т. 90, № 4. С. 6-19. DOI: https://doiorg/10.33029/0042-8833-2021-90-4-6-19

35. Melse-Boonstra A. Bioavailability of micronutrients from nutrient-dense whole foods: zooming in on dairy, vegetables, and fruits // Front. Nutr. Vol. 24, N 7. Р. 101. DOI: https://doi.org/10.3389/fnut.2020.00101

36. Mangano K.M., Walsh S.J., Insogna K.L., Kenny A.M., Kerstetter J.E. Calcium intake in the United States from dietary and supplemental sources across adult age groups: new estimates from the National Health and Nutrition Examination Survey 2003-2006 // J. Am. Diet. Assoc. 2011. Vol. 111, N 5. Р. 687-695. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jada.2011.02.014

37. Balk E.M., Adam G.P., Langberg V.N., Earley A., Clark P., Ebeling P.R. et al. Global dietary calcium intake among adults: a systematic review // Osteoporos. Int. 2017. Vol. 28, N 12. Р. 3315-3324. DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-017-4230-x

38. Батурин А.К. Состояние питания и пути его оптимизации // Федеральные и региональные аспекты. Всероссийская научно-практическая конференция "Здоровое питание - здоровая нация". Москва, 2009.

39. Шилин Д.Е. Дефицит кальция и другие факторы риска остеопоротических переломов по критериям FRAX (ВОЗ, 2008) у населения России и Казахстана: предварительные результаты международного пилотного проекта // Терапевтический вестник. 2010. № 2. С 40-41.

40. Никитинская О.А., Торопцова Н.В. Социальная программа "Остеоскрининг Россия" в действии // Фарматека. 2012. № 6. С. 90-93.

41. Суплотова Л.А., Авдеева В.А., Шарухо Г.В. Оценка уровня потребления кальция и витамина D с рационом питания в популяции взрослого населения Тюменского региона // Вопросы питания. 2019. Т. 88, № 5. С. 45-52. DOI: https://doi.org/10.24411/0042-8833-2019-10053

42. Белая Ж.Е., Белова К.Ю., Бирюкова Е.В., Дедов И.И., Дзеранова Л.К., Драпкина О.М и др. Федеральные клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике остеопороза // Остеопороз и остеопатии. 2021. Т. 24, № 2. С. 4-47. DOI: https://doi.org/doi.org/10.14341/osteo12930

43. Tang B.M., Eslick G.D., Nowson C., Smith C., Bensoussan A. Use of calcium or calcium in combination with vitamin D supplementation to prevent fractures and bone loss in people aged 50 years and older: a meta-analysis. // Lancet. 2007. Vol. 370, N 9588. Р. 657-666. DOI: https://doi.org/10.1016/S0140-6736(07)61342-7

44. Химический состав пищевых продуктов, используемых в Российской Федерации [Электронный ресурс]. URL: http://web.ion.ru/food/FD_tree_grid.aspx

45. Guéguen L, Pointillart A. The bioavailability of dietary calcium // J. Am. Coll. Nutr. 2000. Vol. 19, Suppl. 2. Р. 119S-136S. DOI: https://doi.org/10.1080/07315724.2000.10718083

46. Kruger М.С., Gallaher B.W., Schollum L. Bioavailability of calcium is equivalent from milk fortified with either calcium carbonate or milk calcium in growing male rats // Nutr. Res. 2003. Vol. 23, N 9. Р. 1229-1237. DOI: https://doi.org/10.1016/S0271-5317(03)00100-3

47. Trailokya A., Srivastava A., Bhole M., Zalte N. Calcium and calcium salts // J. Assoc. Physicians India. 2017. Vol. 65, N 2. Р. 100-103.

48. Wiria M.S.S., Tran H.M., Nguyen P.H., Valencia O., Dutta S., Pouteau E. Relative bioavailability and pharmacokinetic comparison of calcium glucoheptonate with calcium carbonate // Pharmacol. Res. Perspect. 2020. Vol. 8, N 2. Р. e00589. DOI: https://doi.org/10.1002/prp2.589

49. Xu Y., Ye J., Zhou D., Su L. Research progress on applications of calcium derived from marine organisms. // Sci. Rep. 2020. Vol. 10, N 1. Р. 18425. DOI: https://doi.org/10.1038/s41598-020-75575-8

50. Гуреев С.А., Мингазова Э.Н. К вопросу о применении препаратов кальция с целью оптимизации пищевых рационов населения, в том числе при различных заболеваниях // Вопросы питания. 2021. Т. 90, № 2. С. 6-14. DOI: https://doi.org/10.33029/0042-8833-2021-90-2-6-14

51. Осинцев А.М., Брагинский В.И., Рынк В.В., Чеботарев А.Л. Особенности коагуляции молока и его заменителей на основе растительных компонентов белка // Техника и технология пищевых производств. 2018. Т. 48, № 3. С. 81-89. DOI: https://doi.org/10.21603/2074-9414-2018-3-81-89

52. Sheikh M.S., Santa Ana C.A., Nicar M.J., Schiller L. R., Fordtran J. S.. Gastrointestinal absorption of calcium from milk and calcium salts. // N. Engl. J. Med. 1987. Vol. 317, N 9. Р. 532-536. DOI: https://doi.org/10.1056/NEJM198708273170903

53. Heaney R.P. Meta-analysis of calcium bioavailability // Am. J. Ther. 2001. Vol. 8, N 1. Р. 73-74. DOI: https://doi.org/10.1097/00045391-200101000-00011

54. Ilesanmi-Oyelere B.L., Kruger, M.C. The role of milk components, pro-, pre-, and synbiotic foods in calcium absorption and bone health maintenance // Front. Nutr. 2020. Vol. 23, N 7. Р. 578702. DOI: https://doi.org/10.3389/fnut.2020.578702

55. Farrerons J., Olazabal A., Díaz López C., López Ciudad A., Rams A. Análisis de la absorción del pidolato de calcio y comparación con la da una sal de uso común, el glucono-lactato-carbonato, en la osteoporosis postmenopáusica [An analysis of calcium pidolate absorption and a comparison with that of a salt in common use, gluconate-lactate-carbonate, in postmenopausal osteoporosis] // An. Med. Interna. 1989. Vol. 6, N 7. Р. 361-365. (Spanish)

56. Booth A., Camacho P. A closer look at calcium absorption and the benefits and risks of dietary versus supplemental calcium // Postgrad. Med. 2013. Vol. 125, N 6. Р. 73-81. DOI: https://doi.org/10.3810/pgm.2013.11.2714

57. Bonjour J.P., Chevalley T., Ammann P., Slosman D., Rizzoli R. Gain in bone mineral mass in prepubertal girls 3.5 years after discontinuation of calcium supplementation: a follow-up study // Lancet. 2001. Vol. 358, N 9289. Р. 1208-1212. DOI: https://doi.org/10.1016/S0140-6736(01)06342-5

58. Eysteinsdottir T., Halldorsson T.I., Thorsdottir I., Sigurdsson G., Sigurðsson S., Harris T. et al. Milk consumption throughout life and bone mineral content and density in elderly men and women // Osteoporos. Int. 2014. Vol. 25, N 2. Р. 663-672. DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-013-2476-5

59. Shin C.S., Kim K.M. The risks and benefits of calcium supplementation // Endocrinol. Metab. (Seoul). 2015. Vol. 30, N 1. Р. 27-34. DOI: https://doi.org/10.3803/EnM.2015.30.1.27

60. Lee W.T., Leung S.S., Leung D.M., Wang S.H., Xu Y.C., Zeng W.P. et al. Bone mineral acquisition in low calcium intake children following the withdrawal of calcium supplement. // Acta Paediatr. 1997. Vol. 86, N 6. Р. 570-576. DOI: https://doi.org/10.1111/j.1651-2227.1997.tb08936.x

61. Slemenda C.W., Peacock M., Hui S., Zhou, L., Johnston C.C. Reduced rates of skeletal remodeling are associated with increased bone mineral density during the development of peak skeletal mass // J. Bone Miner. Res. 1997. Vol. 12, N 4. Р. 676-682. DOI: https://doi.org/10.1359/jbmr.1997.12.4.676

62. Bonjour J.P., Carrie A.L., Ferrari S., Clavien H., Slosman D., Theintz G. et al. Calcium-enriched foods and bone mass growth in prepubertal girls: a randomized, double-blind, placebo-controlled trial // J. Clin. Invest. 1997. Vol. 99, N 6. Р. 1287-1294. DOI: https://doi.org/10.1172/JCI119287

63. Smart E.J., Gilchrist N.L., Maguire Р., Maguire P., March R., Hooke E.A. et al. Teenage girls dietary intake, attitude toward dairy products, and bone mineral density one year after the cessation of a Dairy Product Food Supplement Study // In: Burckhardt P., Dawson-Hughes B., Heaney R.P. (eds.) Nutritional aspects of osteoporosis. Proceedings in the Serono Symposia USA Series. New York : Springer, 1998. DOI: https://doi.org/10.1007/978-1-4612-2228-6_4

64. Pointillart A., Coxam V., Sève B., Colin C., Lacroix C. H., Guéguen L. Availability of calcium from skim milk, calcium sulfate and calcium carbonate for bone mineralization in pigs // Reprod. Nutr. Dev. 2000. Vol. 40, N 1. Р. 49-61. DOI: https://doi.org/10.1051/rnd:2000119

65. Grinder-Pedersen L., Bukhave K., Jensen M., Højgaard L., Hansen M. Calcium from milk or calcium-fortified foods does not inhibit nonheme-iron absorption from a whole diet consumed over a 4-d period // Am. J. Clin. Nutr. 2004. Vol. 80, N 2. Р. 404-409. DOI: https://doi.org/10.1093/ajcn/80.2.404l

66. Kristensen M., Jensen M., Kudsk J., Henriksen M., Mølgaard C. Short-term effects on bone turnover of replacing milk with cola beverages: a 10-day interventional study in young men. // Osteoporos Int. 2005. Vol. 16. Р. 1803-1808 DOI: https://doi.org/10.1007/s00198-005-1935-z

67. Shkembi B., Huppertz T. Calcium absorption from food products: food matrix effects // Nutrients. 2022. Vol. 14, N 1. Р. 180. DOI: https://doi.org/10.3390/nu14010180

Материалы данного сайта распространяются на условиях лицензии CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)

© ООО Издательская группа «ГЭОТАР-Медиа». Использование текстового и иллюстративного материала данного издания для обучения любых систем искусственного интеллекта, включая машинное обучение и нейросети, запрещено без письменного разрешения правообладателя.